В пятницу, когда президент Дональд Трамп и президент Владимир Путин встретятся на Аляске, российский лидер и бывший офицер КГБ воспользуется десятилетиями опыта в обольщении и манипулировании зарубежными лидерами, пытаясь убедить американского президента, что он открыт к миру.
Одной из важнейших задач Путина, по словам российских аналитиков, будет использование этих навыков, чтобы вбить клин между американским президентом и президентом Украины Владимиром Зеленским, а также его сторонниками в Европе после того, как в среду они выступили единым фронтом в поддержку прекращения огня и предоставления Киеву роли в переговорах о его территории.
Для европейских чиновников эта встреча тет-а-тет с Трампом вызывает серьёзное беспокойство: они опасаются, что Путин снова сможет польстить американскому президенту — как уже делал в прошлом — и перевести разговор с темы российского вторжения на обсуждение передела глобальной карты безопасности великими державами.
«Все боятся, что Путин снова сыграет на самолюбии Трампа, как делал это в прошлом, и, кто знает, может, он приедет с каким-нибудь благородно звучащим предложением или ему вручат какую-то государственную награду», — сказал один европейский чиновник, который, как и многие собеседники в этой статье, говорил на условиях анонимности, чтобы откровенно обсудить деликатную дипломатию.
Ещё до саммита Путин в четверг щедро похвалил администрацию Трампа, которая, по его словам, прилагает «довольно энергичные и искренние усилия, чтобы прекратить боевые действия», и намекнул на переговоры по контролю над стратегическими вооружениями, которые создадут «долгосрочные условия для мира».
В России надеются, что личная встреча сыграет на сильных сторонах Путина. «Трамп и Путин очень друг другу нравятся, — сказал источник в Кремле. — Я уверен, что эта личная встреча изменит расстановку сил. У неё есть потенциал достичь многого. Они действительно симпатизируют друг другу и хорошо общаются».
Многие российские чиновники и комментаторы считают, что Путин уже сумел повлиять на Трампа после того, как американский президент в последний момент отказался от угрозы ввести жёсткие санкции против России — после переговоров его спецпосланника Стива Уиткоффа с Путиным на прошлой неделе. Вместо этого Путин получил приглашение на Аляску.
Формат тет-а-тет, которого давно добивался Кремль, максимально использует преимущество опыта Путина — четверть века у власти — и создаёт условия для применения проверенного сценария, включающего полумеры вроде временного ограниченного прекращения огня или обсуждения «рамок для мира», чтобы затянуть переговоры, продолжая при этом усиливать войну.
«Это может быть бесконечный процесс, — сказал один российский учёный, близкий к высокопоставленным российским дипломатам. — Европейцам и украинцам удалось убедить Трампа, что Москва — главный препятствующий мир фактор. Для российской стороны крайне важно изменить это восприятие».
Путин оттачивал свои навыки выбивать оппонентов из равновесия во время карьеры офицера КГБ, занимаясь вербовкой агентов для работы на Советский Союз в Дрездене, ГДР, до падения Берлинской стены. С тех пор он стал мастером в определении уязвимостей лидеров, с которыми встречается, рассказали бывшие западные чиновники.
На одной из первых встреч с высокопоставленным американским представителем в 2000 году, когда он ещё исполнял обязанности президента, Путин продемонстрировал свою склонность к тому, чтобы разоружать и манипулировать собеседниками, проникая в их психологию, — вспоминает Джеймс П. Рубин, тогдашний пресс-секретарь госсекретаря Мадлен К. Олбрайт.
Перед встречей с Олбрайт Путин неожиданно созвал пресс-конференцию, не предупредив американских чиновников, и заявил журналистам, что ожидает от госсекретаря США «очень, очень жёсткой позиции» и намерения «оказывать давление» на него. «Когда они ушли, он повернулся к ней и сказал: “Я сделал это в качестве одолжения вам, потому что знаю, что вам нравится выглядеть жёсткой”», — рассказал Рубин.
«По сути, он говорил: я прочитал ваше досье и знаю, что вам нравится выглядеть жёсткой, и мне всё равно, так что я подброшу вам эту маленькую кость», — добавил он.
Канцлер Германии Ангела Меркель столкнулась с более мрачной стороной тактики Путина в 2007 году, когда встретилась с ним в Сочи, курортном городе на Чёрном море, и он привёл на встречу своего чёрного лабрадора по кличке Кони. Меркель позже написала в мемуарах, что считала это намеренной попыткой запугать её, так как он знал, что она боится собак.
Другие поддавались хамелеоноподобным качествам Путина. В начале 2000-х, вскоре после того как Путин стал президентом, некоторые его союзники в Москве начали замечать, что он часто перенимает позиции тех, кого пытается обворожить. «Он был как зеркало, — сказал Сергей Пугачёв, тогда российский олигарх, который с тех пор поссорился с Путиным и теперь находится в изгнании. — Он просто говорит каждому то, что тот хочет услышать».
Многие зарубежные лидеры оказывались ошеломлены долгими лекциями Путина, в которых он перечислял претензии к восточному расширению Запада или заявлял права на территории, которые самовольно определял как исторические земли России — притязания, которые, по словам западных чиновников, часто искажают реальность.
Возможно, самым известным случаем стало то, что после продолжительного саммита с Путиным в Хельсинки в 2018 году Трамп выглядел уступчивым по отношению к российскому лидеру и на совместной пресс-конференции заявил, что верит утверждениям Путина о том, что Россия не вмешивалась в выборы 2016 года, несмотря на выводы американских разведслужб. Поведение Трампа тогда настолько встревожило Фиону Хилл, занимавшую в Совете национальной безопасности пост директора по России, что она, как позже написала, даже подумывала инсценировать припадок, чтобы остановить встречу.
Татьяна Становая, старший научный сотрудник Центра Россия–Евразия Фонда Карнеги, сказала, что «когда Трамп вышел после нескольких часов разговора с Путиным, он выглядел неуверенно, и казалось, что он полностью находится под влиянием Путина».
Рубин отметил, что, по его мнению, Трамп и администрация США извлекли уроки из прошлых встреч с Путиным. «Хельсинки стали такой катастрофой для Трампа, что я думаю, [госсекретарь Марко] Рубио и другие сделают всё возможное, чтобы минимизировать шансы повторения этого», — сказал он.
По словам Рубина, сам факт проведения саммита может быть признаком уязвимости самого Путина. «Единственная хорошая новость в том, что Путин, похоже, считает необходимым каким-то образом ответить президенту США, чтобы избежать худших последствий в виде возобновления полной военной помощи, частичной помощи или возможных санкций», — отметил он.
Ещё одним признаком возможной слабости Путина стали спешные приготовления Кремля к саммиту на Аляске. «Обычно Путин готовится безупречно: много читает, собирает рекомендации экспертов… На этот раз окно крайне короткое, и у них нет плана», — сказал источник в Кремле. — «Сейчас внутри Кремля идёт огромная, лихорадочная работа».
Помимо попыток расположить к себе Трампа и убедить его, что Россия стремится к миру, Путин будет стараться донести до него российское видение так называемых «коренных причин» войны — а именно, что Украина представляет угрозу для России и что Москва может согласиться на долгосрочное урегулирование только в случае резкого сокращения украинской армии и изменения внутренней политики страны.
Путин «попробует объяснить Трампу, что мы — две великие державы. У нас есть ядерное оружие. Мы несем ответственность за региональные конфликты по всему миру. Мы не можем находиться в конфликте», — сказала Становая. — «Он объяснит ему, что Украина для нас — вопрос существования. Мы будем сражаться столько, сколько потребуется, и не пожалеем для этого никаких сил».
Бывшие западные чиновники, однако, настаивают, что Россия не сможет бесконечно вести своё наступление на Украину, а у администрации Трампа есть возможности оказать давление, чтобы вынудить её пойти на уступки.
«Будь то санкции США или поставки оружия, Америке нужно продемонстрировать, что она готова поддерживать это… и чем дольше это будет продолжаться, тем хуже станет [российская] позиция — не только на самой Украине, но и в более широком стратегическом плане по отношению к другим крупным державам», — сказал Томас Грэм, бывший сотрудник администрации Джорджа Буша-младшего, ныне работающий в Совете по международным отношениям.
До сих пор Путину удавалось довольно успешно предотвращать любое длительное давление, предлагая новые переговоры или ограниченные прекращения огня всякий раз, когда казалось, что Трамп готов ввести новые меры против России — как это происходило в последние недели.
«Обычно, когда создаётся впечатление, что Трамп может предпринять что-то более серьёзное, у Путина появляется какой-то манёвр, чтобы отвести это конкретное давление», — сказал бывший премьер-министр Швеции Карл Бильдт. — «Это повторение старой тактики».