Я очень хорошо помню ситуацию конца 80-х. В институте, в котором я работал, до дня зарплаты в какой-то момент не было денег, люди опасались, что нам не заплатят зарплаты. Я тогда сказал, что пока в стране Советская власть, не может такого быть, что людям не заплатят зарплаты. Так и произошло, на следующий день утром деньги в кассе были. И поэтому то, что произошло уже через пару лет, стало, с психологической точки зрения, страшнейшим ударом. Хотя у нас еще были живы (и даже вполне еще бодры) люди, которые помнили войну и соответствующую разруху. Но молодежь им уже не верила. Хотя, умнейшая Медея Михайловна Месхи, посмотрев как-то в конце 80-х какой-то репортаж с Ближнего Востока, с грустью сказала:

«И в Тбилиси скоро будет тоже самое»

Так вот, западный мир сегодня находится в том же состоянии, что и СССР в конце 80-х. Более того, экономический механизм при этом работает тот же самый, хотя им это пока не объяснишь. Но умные люди (а они есть всегда) чувствуют, что что-то надвигается, причем очень тяжелое. Даже время прошло примерно такое же, как у нас, с конца войны до прихода Горбачева — 40 лет, у них — с кризиса 70-х до начала явных проблем — лет 35-38. То есть есть еще люди, которые помнят, как было до того, но сделать они ничего не могут: молодые поколения просто им не верят, они «старой» жизни не видели.

Я могу привести только один пример. Те многочисленные отели по берегам теплых морей, в которых так любят жить наши туристы, были построены после 1981 года, когда в результате стимулирования частного спроса в процессе проведения политики «рейганомики» резко увеличусь численность «среднего» класса. Ну действительно, кто из тех, кому сегодня до 50 лет, сегодня поверит, что подавляющая часть населения западного мира до начала 80-х в принципе не могла себе позволить ездить на курорты! Но можно напомнить, что в нашей стране загранпаспорт имеет не такая уж большая часть населения, а на курорты ездят и того меньше.

Так вот, главной проблемой кризиса станет резкое падение уровня жизни населения. При этом, поскольку накоплен колоссальный долг, это падение может быть и более сильным, чем тот уровень, который сегодня формально возможен по реально располагаемым доходам. Но даже если долги просто будут списаны, то нужно понимать, что, скажем, в США, сегодняшние доходы населения соответствуют по покупательной способности ситуации 1957 года … да, тогда, конечно, у них жизнь была лучше, чем у нас (вице-президент США Никсон привозил в конце 50-х в Москву на выставку образцы бытовой техники, которую тогда рекламировали в США, желающие могут в интернете соответствующие фотографии найти), но, все-таки, и близко не дотягивает до того уровня, к которому все привыкли за последние десятилетия.

И вот это и есть главная причине той истерики, которую сегодня можно увидеть у политиков, особенно, молодых. Казалось бы, им еще жить и жить, но резкое сокращение «среднего» класса приводит к тому, что теряется привычный электорат: бедные люди за нынешних либеральных популистов голосовать не будут. А новых политикой пока к власти не допускают, что тоже создает высокую напряженность, поскольку они вынуждены для того, чтобы пробиться через контролируемые либералами СМИ, вести себя достаточно резко.

А ведь нужно понимать, что исчезнет не только «средний» класс, в том виде, как мы его сегодня понимаем, возникнут и совершенно новые группы (одну из них я когда-то назвал «новые» бедные, то есть люди с психологией и образованием «среднего» класса, но понимающие, что они уже никогда в позиции «среднего» класса не вернутся; именно таких людей в нашей стране Гайдар и Чубайс считали возможным физически истребить, в том числе и от голода, но в политической жизни Запада такие мысли сегодня представляются не совсем корректными), у которых вообще нет представительства в политической среде. Но ощущение, что до того единая и полностью закрывающая электорат политическая среда начала «рваться», образуя все более серьезные лакуны, тоже не способствует устойчивости политической среды.

В общем, я повторю еще раз, то, что сегодня происходит в политической среде Запада до безумия напоминает то, что произошло в СССР в конце 80-х годов. И, с учетом масштаба и отсутствию альтернативы, которая у СССР была (тогда у нас казалось, что возврат к капитализму даст какой-то позитив), ситуация там будет даже похуже, чем у нас. И приведет она к таким же 90-м … Неудивительно, что они нервничают!

Хазин Михаил

Было это давно, еще при брежневском застое, на какой-то встрече в Доме актера. Легендарного театрального режиссера Анатолия Васильева спросили: «Какой должна быть актриса, чтобы играть в ваших спектаклях?» Ответ поразил меня своей краткостью. Мэтр на секунду задумался и произнес всего одно слово: «Красивой». Вопрос от очередной выпускницы театрального института не был наивным, да и ответ не стал откровением. Аудитория в зале, состоящая в основном из людей искусства, предпочла не задерживаться на обсуждении этой темы — все было ясно.
В принципе, этим все сказано, sapienti sat. Но журналистика сопротивляется афористичным формам. Так о чем речь? Последние месяцы мир развлечений сотрясают скандалы на сексуальной почве. Пресса пестрит заявлениями известных актеров и режиссеров, превентивно отказывающихся признаваться в харассменте, хотя карьера некоторых звезд Голливуда, таких как Кевин Спейси, Чарли Шин или Джеймс Франко, не говоря о пресловутом Харви Вайнштейне, на грани. Более того, на днях были обнародованы заявления сценаристов, сетующих на ограничения свободы самовыражения. И вот это последнее — симптом тревожный.
Немного отвлечемся и начнем издалека. Термин «сексуальная революция» был введен Вильгельмом Райхом в одноименной книге лишь в первой половине XX века. В чистом виде сексуальная революция впервые произошла в Советской России после 1917 года. На Западе она пришлась на конец 60-х и сопровождалась разрешением абортов и разводов, а также обучением сексуальной гигиене врачей и учителей. Важным следствием в большинстве стран Запада стало исключение из Уголовного кодекса наказания за деяния на сексуальной почве, веками считавшиеся преступными, в первую очередь гомосексуализм. Интересно, что, несмотря на провозглашенную большевиками свободу, как раз в СССР статья за «мужеложство» действовала с 1934 по 1993 год, именно по ней был осужден выдающийся кинорежиссер Сергей Параджанов.
Тотальная секуляризация имела и негативные последствия. Расцвет порноиндустрии, превращение шоу-бизнеса в царство гламура и объективация женщин поставили перед социумом нравственные проблемы, размыв пределы допустимого. Фактически вся вторая половина ХХ века, переосмысливая последствия мировых войн, была посвящена индустрии развлечений в эпоху неограниченного потребления. Образ наслаждающейся предметами материальной культуры женщины стал основным в любой рекламной кампании. Расцвет глянцевой журналистики внес свою лепту в новое закрепощение женщин — на основе безудержной погони за навязанными ценностями, в основе которых «красота и здоровье», эвфемизмы, лицемерно прикрывающие сексуальный подтекст. Как говорил Ларри Флинт, покажите мне обложку глянцевого журнала, где в каком-нибудь подзаголовке нет слова «секс».
Но вернемся в Голливуд довоенной поры. В 1930 году Ассоциацией производителей и прокатчиков фильмов был принят Кодекс Хейса — по имени политика-республиканца, с 1922 по 1945 год возглавлявшего организацию. Фильмы, противоречащие кодексу, не имели шанса попасть в прокат. Кинопроизводители были обязаны соблюдать основополагающие принципы: не изображать употребление наркотиков или не раскрывать методы совершения преступлений. Запрещался показ обнаженного тела и провокационных танцев. Поцелуи и объятия допускались только в ключевых сюжетных эпизодах, их длительность и откровенность были ограничены. Брак и семейная жизнь считались высшими ценностями; внебрачные отношения должны быть представлены как недостойное поведение. Изображение смешанных браков было под запретом. Запрещались любые ссылки на гомосексуальность. Показ половых органов также был под абсолютным запретом. Запрещался широкий спектр «нецензурных» слов.

Голливуд 1959
Фото: George W. Hales / Fox Photos / Getty Images
1/1

На волне сексуальной революции студии отказались от соблюдения запретов Кодекса Хейса, и в 1967 году он был отменен. Нет нужды говорить, какие плоды принесла революция в искусство. Однако развивающаяся, как известно, по спирали история сделала очередной виток. Есть подозрение, что наследники Хейса стремятся к реваншу. Я не верю в неожиданный коллапс нравственности, особенно в среде кинодеятелей. Но, чтобы захватить власть, следует опорочить оппонента. Лучшего способа, чем дискредитация на основе обвинений в сексуальной распущенности и склонности к насилию, человечество не придумало. На сегодня самой крупной жертвой стал архиуспешный продюсер Харви Вайнштейн, ставший главной мишенью хейтеров и персоной нон грата. Мощной атаке подвергся Кевин Спейси, эпизоды с которым начали вырезать (!) из картин. Оставим в стороне эротические подвиги этих господ, хотя не стоит забывать, что в период вменяемых им преступлений никто не жаловался и на их заслуги не покушался. Что же изменилось?
Оказалось, что карьеру любого человека, независимо ни от чего, можно в одночасье разрушить с помощью медиаскандала. Привлечь внимание не столько к его сексуальной жизни (на этой поляне ловить нечего, учитывая свободные нравы богемы), а, плюя на презумпцию невиновности, обвинить в харассменте на почве иерархических отношений. Разве можно продюсеру или режиссеру спать с артистами? Актеры же безответные, ради роли стараются, на что хошь пойдут! Любого, кто не согласен с обвинениями, можно подвергнуть остракизму: ах, вы не верите изнасилованным женщинам? А может быть вы и холокост отрицаете? Может вы и темнокожих детей считаете обезьянками, как в магазинах H&M?
Изнасилованные селебрити — что может быть лучше для медиаиндустрии? Особенно если речь идет о преступлениях со сроком давности. Жертвам уже не стыдно, люди известные, счастливые и семейные, всем своим видом демонстрирующие, что им удалось, вопреки всему, преодолеть, пережить ужасы — без особых потерь. Их мучают воспоминания, они готовы наряжаться в костюм черной вдовы, вспоминая, как пришлось грудью прокладывать дорогу к успеху.

Фото: Marcelo del Pozo / Reuters
1/1

Конечно, вставать на сторону тех, кто кричит: сама виновата, дура, знала, на что шла, хотела пробиться на экран, как это делают по всем телеканалам в отношении, скажем, пресловутой Дианы Шурыгиной, — мы ни в коем случае не будем. Хотя бы потому, что обвинения в отношении голливудских звезд не подкреплены ничем, кроме голословных утверждений «жертв», из чего следует, что, возможно, преступлений не было вовсе. Ну да, обвиняемые селебрити часто признаются в настойчивом ухаживании, но сколько жизней сломала такая «царица доказательств»? Стоит заметить, что если кто-то решает, что роль в будущем фильме/спектакле важнее душевных страданий, и начинает жаловаться спустя годы — это вызывает подозрения. Да, мне возразят, что чувство унижения и стресс не позволяют жертве немедленно начать преследование насильника, но в случае творческих взаимоотношений, о которых нам известно, это почему-то влияет на успех актрис в черных туалетах исключительно в положительную сторону.
История знает несколько случаев, когда актрисы жестко отказывали могущественным деятелям индустрии и подвергались мести (самый яркий пример в российском кино — Екатерина Савинова, чью карьеру пытался разрушить всемогущий Иван Пырьев, и отчасти преуспел), но чтобы звезда вспыхнула только и исключительно благодаря протекции режиссера? Множество примеров, когда актриса становилась знаменитой, будучи не только музой, но и женой, — достаточно вспомнить Фанни Ардан и Франсуа Трюффо, Джоэла Коэна и Фрэнсис Макдорманд, Инну Чурикову и Глеба Панфилова. Этот список может растянуться на сотни фамилий.


Актриса Инна Чурикова и режиссер Глеб Панфилов на XIII Международном кинофестивале в Москве.
Фото: Галина Кмит / РИА Новости
Актриса Инна Чурикова и режиссер Глеб Панфилов на XIII Международном кинофестивале в Москве.
1/1

Режиссура, в том числе театральная, изобразительное искусство, литература, музыка et cetera — вообще все, что связано с творчеством, — требуют, как правило, высокой потенции творца, достаточно вспомнить чудовищные фиаско у стареющих великих авторов (хотя не без счастливых исключений). Эротика влияет на художника куда сильнее, чем на ученого, врача, полицейского или командира подводной лодки (хотя и тут не без исключений). Уже давно никто не спорит с Фрейдом, мало кому придет в голову отрицать значение творческой сублимации. Вспомните, как выглядели кастрированные советской цензурой зарубежные фильмы, или попробуйте мысленно вырезать из шедевров все сцены секса и насилия. Представьте авторов бесполыми ангелами, которые смотрят на женщин не как на объект, а как на «равноправного партнера». Если говорить о русском кино, вы вернетесь в лучшем случае к эпохе какой-нибудь «Иронии судьбы-2» и будете крутить ее до посинения. Я помню бесконечные «Следствие ведут знатоки» по советскому ЦТ, где самым страшным преступлением была кража обоев со склада или отправка налево мусора со свалки. Это к тому, что решительный поход против «насильников» с криками «ату его!» лихо подхватывают и в нашем отечестве.
Новая предполагаемая жертва Харви Вайнштейна, Мими Халейи на пресс-конференции, проведенной адвокатом Глорией Оллред в Lotte New York Palace


Фото: Mike Coppola / Getty Images
Новая предполагаемая жертва Харви Вайнштейна, Мими Халейи на пресс-конференции, проведенной адвокатом Глорией Оллред в Lotte New York Palace
1/1

С противоположной стороны следует еще один аргумент бронебойной силы: так называемые голливудские скандалы — часть общей картины сексуального (и прочего) насилия, захватившего наш безнравственный мир, построенный на безудержной погоне за «счастьем». Звезды — просто наиболее яркие объекты, на них фокусируется внимание. Вот раньше, дескать, американцы боролись за отмену рабства и права цветных, а теперь, когда равноправие достигнуто, нужно бороться за женские сексуальные права. Чтоб если «кто-то кое-где у нас порой» захотел пофлиртовать с барышней, то пускай как в ближайшем будущем у шведов, получит письменное разрешение партнера. Я только не пойму, с какой стати речь идет о мужчинах? Это типичное угнетение по половому признаку. Оказывается, нам, как в том анекдоте, плевать на неувязочки?
Новейшее время ускоряется стремительно. То, что осмыслялось человечеством веками, сегодня меняется под воздействием средств массовой информации и всевластия интернета буквально за пару дней. Культура рискует сорваться в очередное пике. Нельзя шутить над цветом кожи, над национальной принадлежностью, над альтернативно физически и интеллектуально одаренными. Теперь нельзя будет подтрунивать над интимной жизнью. Слушайте, а как поживает святая инквизиция? Но самое удивительное, что иссушающий ветер морализаторства дует с той стороны, откуда шли все революционные завоевания последних 50 лет: из недр самой, казалось бы, свободной культурной институции планеты — Фабрики Грез. Ну-ну, давайте, господа, обрядимся в черное и дружно рявкнем: руки прочь! Хватит шуточек этих идиотских! У нас управдом — друг человека!

Церемония вручения наград «Золотой глобус» 2017
Фото: Rachel Murray / Getty Images
Церемония вручения наград «Золотой глобус» 2017
1/1

Судя по тому, как развивается ситуация, недалек тот день, когда не только законы нового средневековья будут главенствовать, но и половой акт будет объявлен вне закона. И дело даже не в том, что, согласно распространенной шутке, следует запретить секс, потому что от него рождаются международные террористы. Защита женщин от посягательств — это лишь один из аспектов защиты прав человека. Лет через сто, если так пойдут дела, любой половой контакт между двумя представителями человеческой расы будет расцениваться как насилие. Ведь в конечном итоге это так и есть, этологи и психологи подтвердят, иначе не существовало бы половой дифференциации, а у женщин — девственности. Научатся клонировать людей, ведь зачинать в пробирке уже давно научились. И тогда — конец современной культуре.

Игорь Игрицкий