По словам главы региона, новый канал необходим Варшаве исключительно для того, чтобы иметь возможность быстро перебросить свои танки через Балтийскую косу. «Чтобы у танковых полков, которые располагаются рядом с Эльблонгом, была отдельная, независимая, наверное, возможность пройти через этот канал. Все, больше ни для чего это не нужно!» — рассказал политик, добавив, что это понимают все, в том числе и председатель правящей партии Польши «Право и справедливость» Ярослав Качиньский.

Алиханов подчеркнул, что на самом деле ни у польских судов, ни у судов других стран никогда не возникало проблем с проходом в порт Эльблонга, несмотря на то, что они должны проходить через российские территориальные воды, чтобы попасть туда. «Никакой географией ни Москва, ни региональная власть никогда не пользовались и спокойно пропускали все суда, которые хотели пройти через пролив», — пояснил он.

При этом политик напомнил, что строительство данного канала ведется в нарушение международного права и может привести к экологической катастрофе в регионе.

Ранее в октябре польское издание Gazeta Wyborcza написало, что возможная реализация планов Ярослава Качиньского по прокладке канала через Балтийскую косу не станет ударом по Москве, а наоборот, приведет к обогащению российских бизнесменов. Как пояснила газета, 90 процентов товарооборота порта в Эльблонге, ради которого в первую очередь и строится канал, приходится на Калининградскую область, поэтому наибольшую выгоду от проекта получат работающие там предприниматели.

Польские власти приняли решение о строительстве канала через Балтийскую косу еще в 2016 году. Евросоюз запретил Варшаве вести работы без одобрения Еврокомиссии, однако в 2019 году строительство началось. Первый этап работ закончили в июне 2020 года. завершить строительство полностью планируется в 2022 году.

На административной границе Сербии и самопровозглашенной республики Косово почти две недели продолжается албанско-сербское противостояние, способное в любой момент перерасти в вооруженный конфликт. Полицейский спецназ, броневики, слезоточивый газ — со стороны албанцев. Танки и авиация — со стороны сербов. Стороны пока воздерживаются от прямых столкновений, но власти в Приштине и Белграде продолжают выдвигать обоюдные ультиматумы. Что стало причиной нового обострения в Косове, на что готовы сербы и албанцы ради защиты своих интересов и в какой момент на Балканах может вспыхнуть новый вооруженный конфликт — разбиралась «Лента.ру».

Ошиблись номером
Очередное обострение на северной границе Косова, к слову, самое серьезное за последнее десятилетие, началось из-за автомобильных номерных знаков. 20 сентября власти самопровозглашенной республики, которые контролируют де-факто не всю ее территорию, объявили, что больше не будут пропускать через административную границу автомобили с сербскими номерами. Официальная причина: Сербия не признает суверенитет Косова со всеми сопутствующими атрибутами, в том числе не признает на своей территории и косовские автомобильные номера.

Поэтому в ответ Приштина решила, что теперь тоже введет меры, которые вынудят владельцев сербских автомобильных номеров пользоваться косовскими на территории республики. Регистрационные номера Сербии должны заменяться при въезде на территорию Косова на местные и при этом автовладелец должен оплатить пошлину в размере пяти евро (на территории региона в качестве местного денежного знака в ходу — евро). Стоит отметить, что Сербия уже достаточно давно практикует замену косовских номеров на временные сербские — за те же пять евро, только в сербских динарах.

96 000
сербов
проживали в самопровозглашенной республике Косово на момент 2014 года
Проблема в том, что север Косово населен преимущественно сербами и фактически придерживается законов и норм Сербии, например, в качестве денежной единицы используется сербский динар, а надписи там — исключительно на сербском. Это своеобразный сепаратизм в сепаратизме. Поэтому добиться исполнения решений Приштины там не всегда просто.

В частности, для решения ситуации с номерами на два официальных перехода, соединяющих северные районы с Сербией — «Яринье» и «Брняк» — были переброшены бойцы албанского спецподразделения ROSU (Regional Operational Support Unit, Региональная группа оперативной поддержки). Причем вместе с бронеавтомобилями и жилыми контейнерами для проживания бойцов. Спецназ фактически блокировал переходы и приступил к контролю за исполнением решения Приштины.

Сербы, не признающие албанские власти, по обе стороны от переходов устроили стихийные протесты. На переходе «Яринье», который обычно больше загружен автотранспортом, развернулось основное действо. Чтобы разогнать недовольных, албанцы применили слезоточивый газ.

Сербы ответили созданием баррикад на дороге от «Яринье» и «Брняк» вглубь Косово. Вообще баррикады — обычная практика народного протеста на пространстве бывшей Югославии с тех пор, как она начала разваливаться в 1990-х. Именно с баррикад начинались все этно-религиозные войны на постъюгославском пространстве. Баррикадами сербы перекрыли основные автомагистрали на севере Косова и в 2011 году, когда противостояние между сербами и албанцами привело к человеческим жертвам и вмешательству военных сил НАТО.

Следующий эпизод нынешнего конфликта — избиение албанскими спецназовцами сербов, которые направились за дровами в горы на спорной территории, — привел к активизации сербской армии. По приказу из Белграда в район «Яринье» была стянута бронетехника, в том числе танки, а авиация начала патрулирование зоны обострения. Президент Сербии Александр Вучич потребовал отвода албанских сил от переходов.

26 сентября появилась информация, что в южной части города Косовска-Митровица (в южной проживают албанцы, в северной — сербы) группа албанцев с ножами и бутылками напала на сербов, пришедших в муниципальное учреждение. Следом Вучич выдвинул новый ультиматум: либо ситуацию разрешат силы НАТО, которые размещены в регионе (они носят название КФОР), либо сербские военные будут защищать своих сограждан от насилия.

Буквально на следующий день после инцидента на севере Косова появились силы КФОР. Параллельно Европейский союз, США и НАТО потребовали от сербской и албанской сторон конфликта немедленно принять меры, чтобы уменьшить напряжение. Самое важное — отвод косовского спецназа, демонтаж баррикад и снятие сербской блокады пунктов перехода. 29 сентября стало известно, что на переговорах в Брюсселе стороны конфликта при посредничестве ЕС договорились, что от «Яринье» и «Брняка» будут отведены силы ROSU и их заменят военнослужащие НАТО. Данное условие должно быть выполнено до вечера субботы, 2 октября.

По последним данным, албанские бойцы ROSU так и не покинули зону переходов, а сербская армия по-прежнему располагается вдоль административной границы Косова в боевой готовности. Баррикады также не разобраны
Примечательно, что на фоне обострения не были заблокированы так называемые альтернативные автопути — асфальтированные дороги через горы, которые появились во время обострения 2011 года и которыми впоследствии активно пользовались как сербские, так и албанские контрабандисты.

За десять лет до этого
В июле 2011-го бойцы того же ROSU попытались взять под контроль все те же переходы «Яринье» и «Брняк», которые фактически не контролировались Приштиной с момента провозглашения независимости Косова в 2008 году и были созданы именно для номинальной фиксации суверенитета. Ехать через сербские районы северного Косова по земле спецназовцы не решились — их перебросили вертолетами. Бойцы разогнали сербских сотрудников с переходов, однако вскоре их блокировали местные вооруженные сербы. Произошла перестрелка. Один спецназовец — Энвер Зимбери — погиб.

Подразделение ROSU было эвакуировано обратно в Приштину. Захватившие переход «Яринье» сербские националисты сожгли его. Через несколько дней пустой обгоревший переход заняли американские солдаты из КФОР. По сути они лишь охраняли руины, никак не препятствуя проезду транспорта и проходу пешеходов.

Косовские сербы установили баррикады, чтобы не допустить нового захвата албанцами переходов «Яринье» и «Брняк». В дело вступили политики — начались переговоры между Белградом и Приштиной при посредничестве КФОР и европейских политиков. Параллельно хозяйственные сербы обустроили автодороги, альтернативные автопути в обход переходов, чтобы без осложнений ездить по своим делам, доставлять продукты, перегонять контрабанду, от которой живут многие пограничные регионы на Балканах.

Осенью ситуация осложнилась — из-за того, что военнослужащие КФОР вертолетами доставили на переходы албанских полицейских и попытались снести сербские баррикады. Это привело к столкновениям между иностранными военнослужащими (в основном из немецкого контингента) и сербскими националистами. Власти Сербии и Косово при посредничестве ЕС и России неспешно пытались договориться в кабинетах, но между представителями разных этносов, находившимися друг перед другом в нескольких десятках метров, напряжение было очень велико.

И без жертв не обошлось. В тот день на баррикаде через основной мост, отделявший северную часть (сербскую) Косовска-Митровицы от южной (албанской), албанцы застрелили серба Саву Мойсича. На следующий день почти все сербы северной части города вышли хоронить убитого. Гроб поставили перед баррикадой, а православный священник совершал отпевание. Мойсич был не единственным погибшим с сербской стороны — с сентября по ноябрь еще двое были убиты албанцами.

На баррикадах в районе «Яринье» сербские националисты противостояли немецким солдатам из КФОР, которые пытались снести баррикады. Резиновые пули, слезоточивый газ, коктейли Молотова, камни, ножи, — с обеих сторон были десятки раненых
Сербы разрешали проезжать через свои районы только военнослужащим из тех контингентов КФОР, которые представляли славянские страны, например словенцам и украинцам. Столкновения продолжались всю осень. В итоге сербские политики убедили своих националистов угомониться. КФОР отошел на албанскую территорию. Большинство баррикад в конце ноября все-таки убрали. Формально «Яринье» и «Брняк» перешли под контроль Приштины, но работали там сотрудники из числа сербов с севера Косова. То есть кардинально албанцам решить вопрос с контролем над северными районами провозглашенной ими республики не удалось. С тех пор отношения между албанцами и сербами в Косово периодически обострялись, но баррикад до сих пор больше не возводили.

Политолог и основатель портала «Балканист» Олег Бондаренко считает, что нынешнее обострение на границе Косово не приведет к вооруженному конфликту, даже до масштабов десятилетней давности.

Ни одна из сторон нынешнего кризиса не заинтересована в настоящей войне. Ни Вучич, ни косовский премьер-министр Альбин Курти, хоть он и является даже по косовским меркам радикалом, ни тем более страны НАТО, вовлеченные в урегулирование конфликта и несущие ответственность за ситуацию в Косово уже 20 лет
Как полагает Бондаренко, нынешнее обострение могло возникнуть из-за того, что власти Косова увидели открывшееся «окно возможностей»: США сейчас не интересуются Балканами, в Германии происходит смена власти, а президент Франции Эммануэль Макрон занят предстоящими выборами. На этом фоне албанские власти в Приштине попытались усилить свое влияние в сепарирующихся сербских районах на севере Косова.

С политологом согласен и специалист по Балканам, ученый секретарь Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН Денис Ермолин. Тот факт, что обе стороны готовы принимать участие в переговорах в Брюсселе, свидетельствует о более высоком уровне политической культуры по сравнению с более ранними конфликтами и провокациями, сказал он в разговоре с «Лентой.ру».

В настоящее время был найден компромисс — будет создана рабочая группа по вопросам автомобильных номеров, первое заседание которой состоится 21 октября. Показательно, что в рабочей группе в качестве балансира будут выступать исключительно представители ЕС, а делегация США отсутствует. Думаю, такой расклад устраивает обе стороны и свидетельствует о некотором уровне доверия Брюсселю

Ни Сербия, ни самопровозглашенная республика Косово не стремятся к дальнейшей эскалации, предположил в разговоре с «Лентой.ру» доцент университета Пелопоннеса Николаос Тзифакис. Рост напряженности он объяснил предстоящими в Сербии и Косово выборами. По его словам, сербские и косовские правящие элиты «заигрывают» с националистическими чувствами населения, тем самым пытаясь повысить свои рейтинги.

«В действиях Сербии много театральности, произошедшее не оправдывает чрезмерную реакцию Белграда. Ни одна война никогда не начиналась из-за автомобильных номеров», — подчеркнул он.

Воссоздание армии — путь к независимости?
Гораздо более серьезные последствия, по мнению опрошенных «Лентой.ру» экспертов, может иметь нынешний кризис между Республикой Сербской и центральными властями Боснии и Герцеговины, который развивается с конца июля. Босния и Герцеговина состоит из двух квазигосударственных образований — Мусульманско-хорватской федерации и Республики Сербской (причем две части ее разделяет округ Брчко, который находится под управлением международных властей).

В 1990-е между сербами, мусульманами и хорватами шла ожесточенная война — самая кровавая в Европе после Второй мировой. Однако в 1995-м под давлением международного сообщества в Дейтоне было заключено мирное соглашение, и вчерашние враги номинально стали гражданами одной страны. Однако во многом это было сделано искусственно. По-настоящему противоречия между народами не решены до сих пор. Кроме того, репрессиям со стороны международных органов подверглись военные и гражданские руководители сербов.

Кризис в июле этого года разразился после того, как в Уголовный кодекс Боснии и Герцеговины были внесены изменения, предусматривающие наказание до пяти лет тюрьмы за «публичное одобрение, отрицание или попытку оправдания геноцида, преступлений против человечности либо военных преступлений, утвержденных правомочным судебным решением». Речь идет в первую очередь о событиях июля 1995 года в мусульманском анклаве Сребреница на территории Республики Сербской, когда погибли несколько тысяч мужчин-мусульман.

Международный уголовный трибунал по бывшей Югославии (МТБЮ) в Гааге признал произошедшее геноцидом, сербы же считают, что мусульмане погибли в результате вооруженных столкновений с армией, которой командовал генерал Ратко Младич. В июне 2021 года суд в Гааге подтвердил его пожизненное заключение — одним из основных пунктов обвинений против него были как раз трагические события в Сребренице.

А вот в Республике Сербской того же Младича считают героем. Вполне обычное явление, когда местная националистически настроенная молодежь носит футболки с изображением генерала. Теперь же получается, что за такую футболку можно получить до пяти лет тюрьмы. Разумеется, изменения в уголовном законодательстве вызвали волну неодобрения среди боснийских сербов. Многолетний лидер Республики Сербской Милорад Додик заявил, что теперь сербы будут игнорировать деятельность совместных с мусульманами и хорватами органов власти. Первоначально речь шла только о заседаниях совместного парламента.

На фоне кризиса на административной границе Косова Додик сделал еще более весомое заявление: Республика Сербская воссоздаст собственную армию. Представитель хорватов Желько Комшич назвал эти планы преступными.

Мы отзовем наше согласие из закона об армии, отзовем наше согласие из закона о Высоком судебном и прокурорском совете. Мы предложим [парламенту], и об этом будет приниматься решение в ближайшие дни, чтобы через отмену закона об армии через несколько месяцев сформировать армию Республики Сербской. Все это у нас есть в соответствии с Конституцией, в Конституции Боснии и Герцеговины существует армия Республики Сербской

Стоит отметить, что наличие собственной армии у хорватов с мусульманами или сербов никак не противоречит мирным соглашениям, подписанным в Дейтоне. Республика Сербская — экономически, территориально и в плане численности населения гораздо более весомое образование, чем сербские районы на севере Косова. К тому же, как говорят боснийские сербы, между ними, мусульманами и хорватами даже после Дейтонских соглашений продолжается «тихи рат» (тихая война), которая легко может перерасти в полноценный вооруженный конфликт — раны, полученные разными народами в первой половине 1990-х, по-прежнему не зажили.

По мнению Олега Бондаренко, дополнительный импульс кризису в Боснии и Герцеговине может дать усиление внешнего давления.

В следующем году в Республике Сербской предстоят выборы. Очевидно, что ЕС и США захотят, чтобы несговорчивый для Запада, но очень популярный среди сербского населения Додик их проиграл

Стоит добавить, что из всех сербских общин именно боснийская считается наиболее консервативной и воинственной. Во время 500-летнего правления в Боснии Османской империи сербы были вытеснены в горы, лишены возможности получать качественное образование, свободно исповедовать православие, турки отбирали у них женщин и детей. С тех пор все боснийские сербы весьма болезненно воспринимают и агрессивно защищаются, когда кто-то посягает на их национальную идентичность и связанные с ней ценности.

После бурного выяснения отношений с Вашингтоном в Париже задумались о выходе из НАТО. Ситуацию немного исправил звонок Джозефа Байдена. Но Эммануэль Макрон хочет стать лидером ЕС после Ангелы Меркель и потому активно продвигает тему стратегической самостоятельности. Французы твердо намерены добиться уважения собственных интересов, но помешать этому могут другие союзники — уже в самой Европе.
Пора на выход
Франции нужно "перестать тешить себя иллюзиями" и выйти из НАТО. А заодно свернуть создание центра "передового опыта" Североатлантического альянса в области космической безопасности, который Вашингтон планировал разместить в Тулузе. В этом уверен депутат Национального собрания, глава левой "Непокорившейся Франции" Жан-Люк Меланшон. Его поддерживает лидер "Национального объединения" Марин Ле Пен. Неприязнь к Америке объединила политических соперников.
Их резкие высказывания вполне понятны: дипломатический скандал между Францией и Соединенными Штатами в самом разгаре. Пятая республика обиделась, когда Австралия разорвала крупный контракт на строительство 12 подводных лодок с французской компанией Naval Group и предпочла американские атомные субмарины. Более того, Австралия, США и Великобритания объявили о создании нового союза AUKUS в сфере обороны и безопасности — Францию не только не позвали, но и не предупредили. А ведь Париж считал себя важным игроком в Тихоокеанском регионе — наравне с Вашингтоном.

Срыв контракта на сумму 56 миллиардов евро стал для Франции тяжелым ударом. В стране уверены: "нож в спину" и "пощечина" от США ставят под вопрос связи Парижа с англосаксонскими союзниками и "приведут к тяжелым последствиям".

Президент Франции Эммануэль Макрон в Национальной библиотеке в Париже
Франция отозвала послов из Австралии и США. Министр обороны Флоранс Парли заявил, что Вашингтон уже давно не считают надежным партнером. А Эммануэль Макрон отменил совместное с американцами празднование 240-летия Чесапикского морского сражения и отказался участвовать в форуме демократий, который Штаты проведут в декабре. Президент не скрывает: произошедшее он воспринял как личную обиду, поэтому намерен обсудить, имеет ли смысл дальнейшее пребывание в НАТО.
История Франции знает подобный пример. В 1966-м Шарль де Голль, требуя от американцев большего уважения, вывел страну из военных структур альянса, оставив ее только в политических. Вернулась она туда лишь в 2009-м при Николя Саркози. Кстати, тогда против выступили социалисты: они направили в Национальное собрание представителей, тем самым предупредив, что членство в НАТО "приведет к зависимости от Соединенных Штатов".
Единым фронтом против США
В скандале Евросоюз встал на сторону Франции. В Брюсселе дали ясно понять: разрыв контракта с Парижем — вызов всему блоку. Усилия Байдена по примирению с европейскими союзниками, отношения с которыми изрядно подпортил его предшественник, пошли прахом.

Макрон и Блинкен провели первую встречу после ситуации с AUKUS
Но оказалось, что после истории с подлодками Дональд Трамп для европейцев был даже более приемлемым собеседником — во всяком случае, намерений своих он не скрывал. И сейчас глава Евросовета Шарль Мишель отмечает, что Вашингтон — недостаточно надежный партнер, надо меньше на него полагаться и укреплять собственный оборонный потенциал.

В Брюсселе давно мечтают создать суверенные вооруженные силы. Но дальше планов дело не идет: Польша, Британия и страны Балтии обычно выступают против. Сами США тоже не поддерживают идею по понятным причинам: это бы ослабило американское влияние в Европе.
Но сейчас, возможно, самое подходящее время для прорыва, уверена британская газета The Telegraph, а Макрон — лучший кандидат на роль лидера. Уход Ангелы Меркель с поста немецкого канцлера дает французскому президенту шанс стать номером один в объединенной Европе, а значит, продвигать идею военной интеграции.
С 1 января Франция займет место председателя Евросоюза. В будущем году состоится саммит по вопросам обороны, где планируют определиться с силами быстрого реагирования.
Предвыборная подготовка
В самой Франции тем временем уже началась президентская кампания. Выборы пройдут через семь месяцев. Пока вероятными кандидатами считают Макрона, Меланшона и Ле Пен, а также журналиста и политолога Эрика Земмура. Он уже участвовал в теледебатах, но пока не подтвердил, присоединится ли к гонке.
"Нынешние внешнеполитические шаги Макрона не добавили ему популярности. Но пока он все же лидирует по опросам общественного мнения. В стране много внутренних проблем: большинство реформ не пошло. И президент постарается разыграть внешние козыри по максимуму", — пояснил ведущий научный сотрудник Института Европы РАН Сергей Федоров.
С ним согласен генеральный директор Российского совета по международным делам (РСМД) Андрей Кортунов: "Во внутренних делах почти ничего не получается. Хочется компенсировать эти проблемы внешнеполитическими успехами, статус великой державы — не пустой звук для французского избирателя".

Верфь по производству подводных лодок компании Naval Group в Шербуре
Сейчас обстоятельства сложились благоприятно для Парижа. "После выхода Британии Франция осталась единственной ядерной державой Евросоюза и единственным членом Совбеза ООН из стран ЕС. Это питает французские амбиции. Макрон не случайно говорил, что при определенных обстоятельствах может обеспечить защиту партнерам по Евросоюзу

Однако при этом Кортунов уверен: несмотря на обострение отношений, ситуация 50-летней давности не повторится и Франция все же не покинет НАТО. В Париж уже прилетел госсекретарь США Энтони Блинкен, а в Вашингтон отправился французский посол Филипп Этьен. А пока в республике ждут компенсаций за понесенные убытки, в том числе — моральные.

Ливан погрузился в темноту, после того как из-за нехватки топлива остановились две крупнейшие электростанции в стране. Такие блэкауты в Ливане происходят постоянно, свет выключался также и на прошлых выходных, но, по всей видимости, на этот раз все гораздо серьезнее.

Блэкауты в Бейруте нередки. Фотография сделана в августе этого года. Свет в окнах у людей с дизельными генераторами | Источник: GETTY IMAGES
Госкомпания Électricité du Liban пытается решить проблему, но предупреждает, что света может не быть до понедельника, а то и больше. Власти попробуют использовать топливо из резервов военных, но когда они его получат, неизвестно.

Люди давно привыкли к веерным отключениям электричества, свет во многих районах Бейрута отключают на несколько часов ежедневно, иногда света нет более 22 часов. У многих ливанцев есть дизельные генераторы, но дизтопливо тоже в дефиците, и свет сейчас только у тех, кто может себе их позволить.


Энергетический кризис — лишь часть экономических проблем Ливана. Жители страдают от катастрофической нехватки бензина, лекарств и даже питьевой воды. Более половины населения Ливана оказалась за чертой бедности, страна должна 90 млрд долларов. При официальном обменном курсе 1500 ливанских фунтов за доллар, уличный курс достиг 20 000 тысяч.

Всемирный банк назвал ливанский финансовый и экономический кризис одним из тяжелейших в мире за 150 лет.
К экономическому кризису добавился политический: страна больше года жила без правительства, нового премьера удалось избрать лишь месяц назад. Ухудшение условий жизни заставило ливанцев выйти на улицы, народное недовольство достигло небывалых масштабов.


Две крупнейшие электростанции «Аль-Захрани» (на фото) и «Дейр-Аммар» остановились из-за нехватки топлива, в частности, из-за задержки поставок мазута из Объединенных Арабских Эмиратов. | Источник: AFP
В субботу остановились две крупнейшие электростанции «Аль-Захрани» и «Дейр-Аммар» из-за задержки поставок мазута из Объединенных Арабских Эмиратов.

О нехватке топлива Électricité du Liban предупреждала еще в сентябре, еще тогда запасы мазута находились на исходе. Потребность Ливана в энергии оценивается в 3500 Мвт. Госкомпания располагает мощностями для выработки 2200 Мвт, но и они недогружены.

Тогда же в сентябре помочь Ливану вызвались соседи ближневосточной страны — министры энергетики Египта, Иордании, Сирии и Ливана согласовали план возобновления поставок египетского газа и иорданской электроэнергии в Ливан по трубопроводам и ЛЭП, проходящим по сирийской территории.

В прошлом большую часть энергетических потребностей Ливана удовлетворяли ТЭС, которые работали на египетском газе, поступавшем через Сирию. Но из-за десятилетней сирийской войны газопроводы и насосные станции не эксплуатировались около 10 лет и нуждаются в инспекции, а возможно и в ремонте.

Радикальная шиитская группировка «Хезболла», которую часто называют фактическим правителем Ливана, параллельно договорилась с Ираном о поставках в страну иранского топлива