Дневник Блондинки.

1.11.2020.По телеку сказали что в некоторых городах началась эпидемия нетипичного бешенства.Назвали города.В нашем тоже началась.
2.11.2020.После работы купила Амоксицилин, аспирин, витаминки, средства для похудения, мазь от грубой кожи на пяточках, мюсли, гематаген,маски для лица,ношпу, Ед, зелёнку марлю и ещё всякой фигни.
звонила родителям в деревню, они зовут меня к себе, у них там хорошо , свежий воздух, природа...Но я пока не еду, надо деньги зарабатывать.
3.11 2020. Звонил СЕрёжка, прямо в 5 утра, Сказал что я Лапочка,Пусечка, что он меня очень очень очень любит.
Но главное, сказал, чтоб я прямо сейчас собралась и купила много-много еды, воды,свечек и батареек. А так-же тёплой одежды.Что скоро будет объявленно ЧС.Что он к сожалению ко мне приехать не сможет, их угнали на какое-то усиление.И чтоб паспорт всегда с собой носила.А он как только сможет так сразу за мной.И чтоб дверь никому не открывала.
...Странно, по голосу вроде трезвый...Легла досыпать, утром перезвоню ему, уточню.
Утром Серёжкин телефон был недоступен. Перед работой купила гречки, риса,мюслей, бананов, яблок, сыра,ветчины,лимон и курицу.Чтоб Серёжка не ругался что я его не послушала. Минералки ещё взяла 2 бутылки.
Выехала из подземного гаража, увидела размер пробки и поставила машину обратно.
Поехала на метро.
На Новослободской в окно вагона видела как полицейские бьют какого-то мужчину дубинками, а он всё равно идет на них.По связи объявили что высадка запрешена и поезд поехал дальше.Я на всякий случай достала марлевую повязку и одела. Народ начал на меня коситься и расступаться.
Образовалось даже некоторое свободное место, это при всеобщей то давке.
Всегда теперь в давке буду одевать марлевую повязку!
В офисе Начальник нашего рекламного отдела , Ашот Ибрагимович сказал что сегодня работаем только до обеда, а потом все отправляются в неоплачиваемый отпуск до завершения эпидемии.
Звал всех девчонок к себе на дачю пересидеть.По его сальным глазкам мы сразу поняли что скорее всего прийдётся "перележать" и все отказались. Ашот Ибрагимович сказал что скинет нам аванс по больше прямо сегодня. Деньги надо снять и сразу потратить.
Не обманул , пришло на карточку 40 тысяч. Ашот Ибрагимыч спросил, всем ли пришли деньги?
узнав что деньги пришли всем он выпроводил нас из офиса,попрощявшись и сказав что как всё утихнет он нам перезвонит.А до этого времени чтоб сидели дома и не отсвечивали.
Деньги пошли снимать все, кроме Ольги Петровны, у неё ипотечный взнос прямо с карточки снимается, и она ждёт когда снимится, а потом деньги тратит. Банкомат почему-то выдавал тлько по 15 тысяч за раз.Пришлось стоять очередь.Деньги в банкомате конечно кончились прямо за два человека до меня.
Хотела по такому случаю непредвиденного аванса поехать купить себе всё-таки те сапожки, оплатив с карты...Но на станции "Лубянка" из вагонов начали всех высаживать и говорить что дальше по техническим причинам надо ехать на специальных автобусах.
Автобусов было мало, была давка, какой-то козёл всё время пытался ко мне прижаться.
Вобщем настроение было испорченно.Не поехала за сапожками,Поехала домой,купила бутылку сангрии, вкусняшек,и пива для Серёжке и чипсов.
Пила сангрию, смотрела новости и становилось не по себе.По всему миру люди нападали друг на друга.
Бешенство.
Атипичное.
Позвонил мой бывший одноклассник ,Вовка, тайно в меня влюблённый уже лет 7. Сказал чтоб я срочно вышла в интернет, нашла там "151 палата ганзы. выживальщики" и внимательно прочитала тему " эпидемия бешенства.вся правда"
4.11.2020.Всю ночь читала "Ганзу" и смотрела ролики.Короче это "зомбиапокалипсис" Но заражонных бешенством можно убить не только выстрелом в голову.При этом заражонные боли не чувствуют и весьма упорно пытаються кого-нибудь убить.
Бред какой-то...Но вдруг на улице раздались звуки выстрелов. Я окуратно посмотрела с балкона, мимо двора проезжал большой танк на колёсах и стрелял куда-то. танк На самом деле не танк, а этот...Серёжка говорил...ТБМ...МТБ...Ну я не помню, короче солдат возит,бронированный и дверь сбоку.
Я сперва обрадовалась, Думала Серёжка за мной приехал, но у них на ТБРмах эмблемма пантера, а на этом только буквы.
Смотрю ролики, которые вчера скачала в нете.Дедушка какой-то седой и схощявый рассказывает что надо было делать заранее. Дак кто бы знал...
Взяла газовый баллончик для самообороны, Серёжкин маленький рюкзак и пошла в магазин. Благо что магазин в 15 метрах от дома.
Всё думала, тушонка-она же жирная, а я на диете...А диетическая тушонка бывает? из курицы там...морковки с крольчатиной...
Тушонка в магазине была только свинная. Взяла 5 банок.И персиков и ананасов взяла,буду из банок щепочницы делать чтоб воду кипятить.Муки взяла, крупы перловой и пщённой.Другой уже не было.Охранник всё норовил меня проводить, делая всякие намёки.Сказала что муж у меня капитан в дивизии имени Дзержинского,и может не понять если я с левым мужиком домой прийду.Охранник отстал.
Сходила в магазин ещё пару раз, набрала воды во всю тару какая была, включая ванну. Скачиваю фльмы,музыку и мультики на террабайтный служебный диск. и ролики и книги с ганзы...
Хотела снять акумулятор со своей лапочки, но не смогла снять крепления, и гадость какая-то попала под ноготь. Под ногтем сильно щипало, промыть было нечем, пыталась отсосать эту гадость как змеиный яд, обожгла слизистую во рту. Добежала до квартиры, промыла палец, перевезала. Боюсь заражения.
5.11.2020.Заражения вроде нет пятнышко красненькое стало меньше,промыла ещё раз и перевязала .Но ночью на улице орали и стреляли. Свет погас, потом загорелся, потом сного погас, остался свет только на светофорах.Отправила СМС Серёжке и Родителям.Серёжка учил, что если связь сломается, то СМС могут ещё дойти, даже когда связи нет.
Электричества нет. Идти куда-то боюсь.Дверь никому не открываю.
Я теперь маленькая хитрая и трусливая серенькая мышка, которая спряталась в своей норке.И будет сидеть тихо тихо...
Ночь с 5 по 6.11.2020. Ночью ЭТИ вломились в "пятёрочку" Стреляли, избили и убили охранника. Выносили ящики ,пакеты, банки.
Я зажалась в угол у себя на балконе на 14 этаже и снимала всё на свою проффиссиональную фотокамеру. Я же рекламшица.
Полиция не ехала я долго ждала полицию чтоб как-то снимки им показать, Проффесиональный Никон есть Никон, у меня даже лица многих можно различить!
...Но полиция так и не приехала. Когда ЭТИ ушли, в магазин потянулись другие, тоже что-то выносили, тащили по домам. Мне страшно. Я плакала.

6.11.2020.Ближе к обеду дали свет. Заряжала все батарейки к Никону, запасную и основную к рабочему ноутбуку,Пауэр банк, свой и Серёжкин. Варила курицу. По подъезду ходили какие-то люди, составляли какие-то списки, я не открыла, сидела под дверью, смотрела в монитор (у меня видео камера вместо глазка) и подслушивала. Если бы я была здоровенным мужиком, как Серёжка, я бы конечно записалась, мы бы создали дружину, поймали ЭТИХ и сдали бы их полиции.
Но во мне 162 сантиметра и 58 килограммов. Куда уж мне. Буду прятаться пока всё не утихнет.
7.11.2020.Света нет. Воды нет. Батареи холодные .Надо слить воду из батарей. Как учили в ролике.
А как слить? Болты на торцах батарей большие, мне их открутить нечем. И куда слить? не на пол же? буду надеяться что сантехники сольют. А может все починят, и снова будет тепло? и Сережка приедет...
8.11.2020.Холодает.На улице -8 дома +18. Хожу в вязаных носках и свитере. Вчера дома было +23 сегодня + 18 значит через два-три дня замёрзнет вода в унитазе. Куда я буду ходить в туалет? и как греться. Ем персики из большой банки, буду делать шепочницу!
9.11.2020.Сделала шепочницу с помощью больших ножниц. Думаю где теперь брать щепки не выходя из квартиры. Шепок взять не где. Ушла в ванную, поставила кастрюльку на щепочницу жгу книгу "Как стать успешной и привлекательной" .Книгу лучше жечь предварительно свернув листы трубочками и в силиконовой перчатке-прихватке .Пока научилась, спалила пол книжки. Но вся ванная в дыму, дым в вентиляцию уходит очень слабо. Чай заварила в Серёжкином термосе, в остатки воды всыпала пшенки, туда же кинула пару ложек тушенки .Должно получиться.
Блин, теперь в квартире воняет жженной бумагой, а проветривать нельзя, потому что будет холодно.
10.11.2020.Ночь. В соседней квартире плачет котёнок. Он наверное и раньше плакал, но не было слышно. Толи слух у меня обострился, толи потому-что шум на улицах стих я стала слышать этот плачь. Котёнка жалко.
10.11.2020 день.Решила спасти котёнка. Осторожно выскочила в подъезд с газовым баллончиком, подергала дверь соседки, дверь конечно заперта.Буду думать...
Делаю трубочки из книги " Как стать успешной и привлекательной" и из "Игры в которые играют люди-Люди которые играют в игры" Книжку Эрика Берна жалко. Сижу на подоконнике, делаю трубочки, смотрю на улицу. Готовить буду на балконе. Быстренько туда выскочу, всё сварю, приоткрыв окно (балкон у меня застеклённый) и сразу назад.
Вышла на балкон, вспомнила про небольшой шкаф с одной дверью.Шкаф хозяев квартиры ( Квартиру я снимаю. Сын , работник банка уехал куда-то в Европу, филиал открывать .Вот его Мама мне и сдала квартиру на пол года)
Отложила приготовление завтрака, Вытаскиваю из шкафа чемоданы с вещами, Сразу открыла спортивную сумку, там хоккейная форма и коньки. Другая сумка с клюшками для гольфа. Нифига они тяжелые! Прямо молоток на длинной ножке. Лыжи ещё были, В общем спортивный мужчина был этот банкир . Хотя почему был? может и сейчас жив, и приедет. Лишь бы раньше времени не приехал, а то где я жить буду?
Блин! Пришла в голову идея, если я смогу притащить шкаф в комнату, положить его дверцей к верху, застелю шторкой от душа у меня получится ещё одна емкость под воду. А то фиг его знает, когда воду дадут.
11.11.2020. Уф...Вчера не дописала, корячила шкаф, снимала шторку. Устала. Сегодня отломаю или отогну у вилки все зубцы кроме одного и буду этим инструментом ковырять трубу отопления, дом у нас новый, трубы по квартирам пластиковые.
Заодно и воду солью по не многу и себе воды добуду. А то я уже за 3 дня три ведра воды потратила. А надо будет ещё как-то постирать, а главное отопление. Изо рта уже идёт пар, но вода в посуде ещё не замерзает. Холодно.
Трубу проковыряла. Сделала из отколотого (еле как отколола) куска деревянной скалки затычку. Набрала полшкафа воды. Больше набирать не стала, боялась что шкаф развалится. Трубу заткнула, но вода всё равно сочиться по не многу. Интересно, а сколько будет штраф за порчу трубы и шкафа?
12.11.2020. Плаксу (так я зову кошку которая плачет постоянно за стенкой, в квартире у Надежды Павловны) Надо спасать! Тем более что когда я убрала от стенки между балконами шкаф я заметила что стена между нашими балконами в середине тоньше. Я даже старую пудренницу к клюшки для гольфа привязывала и из окна высовывала, чтоб в зеркальце посмотреть, что со стеной со стороны Надежды Павловны, с ёе стороны стена тоже тоньше. ЭТо наверное сначала планировался переход, на случай пожара, а потом строители передумали . Взяла ту часть от Серёжкиной гантели, на которую кружочки тяжелые одеваются и начала долбить стенку.
Со стенки осыпалась штукатурка и видно кирпичи, стучу по краешку кирпича, от него отваливаются кусочки.
Кто-то стучит вместе со мной .А как я перестаю стучать стучит то подряд "ТУК-ТУК. то с промежутком ТУК пауза Потом ТУК-ТУК или просто ТУК.
Я поняла что это азбука Морзе. Но толку нет, я её не знаю.
13.11.2020. ЭТИ снова напились, разожгли костёр во дворе из деревянного Чебурашки и орали песни.
Про "владимирский централ, ветер северный..." и "Зона зона, нет не смысла не резона..."
Эта " Зона зона, нет не смысла не резона" почему-то постоянно вертится в голове...Это как-то связано с Серёжкой...Как связанно не знаю...
14.11.2020. Вода в посуде замерзает. Нашла термометр -2 . Сплю в свитере, шапочке и тёплых штанах.
Как там Бедненькая Плакса?
Выдолбила за 2 дна один кирпичь дальше долбить боюсь, а вдруг в квартире бешенная Надежда Павловна?
Вытащила вещи банкира из пластиковых чемоданов, вынесла чемоданы на балкон, застилила половинки открытых чемоданов пищевой плёнкой, наливаю в них воду. Чтоб заморозить и ледышки вытащить, а потом налить новой. А то вода в трубах замёрзнет и всё, а это мой последний запас.
...Но на самом деле понимаю, что просто боюсь спасать Плаксу.А надо. А я боюсь...
14-15.11.2020 Наблюдала за заражёнными бешенством из окна на кухне. Не такие они и опасные.
ЭТИ, Ограбившие "пятёрочку" и убившие охранника живут через подъезд от моего. Регулярно сначала бешенных отстреливали, теперь как напьются, выбивают окно в квартире первого этажа, выманивают заражонного и забивают его какими-то железками. Если окно не выбить заражонные сами окна не выбивают, стоят, пяляться в окна. Или ходят туда-сюда.
Продолжаю выбивать кирпичи. Постоянно ношу с собой клюшку для гольфа. Надежду Павловну боюсь меньше.
Надо успеть , думаю что Плакса без еды протянет дней 10 , значит Успеть надо где-то до 17 числа.
16.11.2020.Блин! поняла почему в голове вертелась эта "Зона зона,нет не смысла ни резона",
Книжка! Серёжка как-то забрал у солдата своего книжку " Как выжить в Зоне", солдатик её читал толи не там , толи не вовремя....
Серёжка потом читал её на кухне и возмущялся
"Дак вот какой дибил выключатель на КПП сломал! Этот мудак от него подкуривать пытался, как тут написано!"
Подкуривать от выключателя мне не надо конечно, но там может и что полезное есть.
Нашла книжку.
Среди всего этого " Чем СИЗО отличается от тюрьмы" , "как вести себя на допросе" и прочего нашлось весьма полезное. "Как вскипитить воду без электричества." И "Тюремная азбука морзе."
Обмотать кружку с водой тлеющей тряпкой, и качать её туда -сюда, поддерживая горение не получилось.
А вот постелить на тряпочку полиэтиленовый пакетик, затем свернуть всё это в трубочку вокруг железки( у меня это была ручка от поварешки) и поджечь получилось даже очень здорово!
Получилась такой долгоиграющий меленький факел.И воняет меньше чем бумага, и горит ровно и долго.
Надо только не давать тряпке сгорать раньше чем горит пакет.
Дырка в стене на балкон к Надежде Павловне долбиться легше.Но сегодня додалбливать не буду.
Боюсь ночью идти в соседнюю квартиру.В друг соседка забалела бешенством, и как выскочит!!!

17.11.2020.ВЫбила кирпичи, и теперь могу залезть на соседний балкон. Страшно конечно, но оглядев соседний балкон в зеркальце косметички перелезла. Потом перелезла обратно, на свой балкон, чтоб понять, смогу ли я если что быстро перелезть к себе. Смогу.
Долго смотрела в окошко соседней квартиры. Стучала в окно. Прибежал худющий котёнок и мяучит у дверей балкона. Соседки вроде нет. Разбила окно соседней квартиры, готовясь быстро убежать к себе, если вдруг выскочит откуда-нибуть бешенная Надежда Павловна. Теперь надо просунуть руку и открыть балкон...Страшно...
Убрала аккуратно куски стекла в оконной раме, внимательно- внимательно осматриваю комнату с помощь косметички , особенно стенку и дверь балкона.
Уф, засунула руку и осторожно открываю дверь балкона...Смотрю при этом в дверь комнаты, вдруг выскочит хозяйка...Не выскочила. Подбираю с полу отчаянно орущего котёнка, сую его за пазуху. Осторожно выхожу обратно на балкон, закрываю за собой дверь чужого балкона.
Перелезла к себе, подпёрла дырку между балконами лыжами так, чтоб если что лыжи упали и я бы услышала.
ОСторожно просовываю руку к плачущему за пазухой котёнку, его трясёт. Почувствовав руку он жмётся к руке, облизывает руку и ласково мурчит.
Всё-таки искренне и бескорыстно любить людей могут только кошки!
Достала из Серёжкиной кружки-термоса остатки каши с тушенкой , которую оставила себе на обед. И отдала Плаксе. Плакса накинулась на кашу с каким-то непонятным урчанием, которые прерывались изредка на какие-то всхлипы и чавканье.
Вспомнила что голодным нельзя давать сразу много еды, и протянула руку, чтоб отобрать на время у Плаксы крышечку с кашей.
Эта сволочь цапнула меня за руку!
...Всё-таки искренне и бескорыстно кошки любят пожрать, а потом уже людей!

День крысы

Увидев крысу на кухонном столе, Лиза подумала, что это - шутка. Наверняка серая тварь с голым розовым хвостом напичкана внутри микросхемами, а когда Лиза решит согнать ее со стола, раскроет зубастую пасть и.. . Ну, мало ли. Споет "Хэппи бёздэй ту ю", например. Ведь сегодня у Лизы действительно день рождения, двадцать шестое июня. И, хотя ей исполнилось всего двадцать восемь, Лиза ощущала себя на все пятьдесят. Уже с утра навалилась усталость. Сегодня предстояла суета. Накрыть стол на работе, уйти, тем не менее, пораньше, чтобы устроить застолье уже дома, когда придут гости. Можно бы и в другой раз, но - пятница, ничего не попишешь.
Через полчаса надо разбудить Димку. Казалось бы, уже второй год в школу ходит, но утром по-прежнему не поднимешь. Все переживает - неужели еще почти десять лет так рано вставать?
Поэтому крысу до его пробуждения лучше не трогать. Зато когда проснется, картинно напугаться, вскрикнуть. Пусть посмеется...
Конечно, электронные приколы сейчас стоят дешевле коробка спичек. Но все равно приятно, что сын тратит карманные деньги на подарок маме.

Лиза поставила кофе на огонь и, помешивая его и косясь на игрушечную крысу, подумала, что шутка-то - не Бог весть какая смешная и умная. Совсем недавно по всей планете пронеслось заболевание, которое тут же окрестили "крысиным гриппом". Пострадали в основном грызуны. По телевизору показывали пути метро, заваленные мертвыми крысами. Поговаривали, что неприятные хвостатые твари и вовсе вымрут. Но этого, конечно, не произошло. Правда, количество серых паразитов, как уверяли городские власти, существенно сократилось.
На людей "крысиный грипп" тоже перекинулся. Врачи первое время били тревогу, объявляли карантин. Но для человека эта хворь оказалась не так опасна. Вон, даже Димка переболел, температурил несколько дней. От вирусной инфекции скончалось всего несколько десятков человек. Потом быстро изобрели вакцину, стали делать прививки, и о новой болезни быстро забыли. Остались только шуточки, одна из которых сейчас сидела на кухонном столе, вполне натурально шевелила усиками и даже грызла печенюшку.
- До чего дошел прогресс, - сказала сама себе Лиза.
Хотелось курить. Однако Лиза решила потерпеть, пока не вскипит кофе.
Она щелкнула пультом телевизора. Предпенсионного возраста звезда шоу-бизнеса делилась рецептом диетической лазаньи. Лиза фыркнула, она-то читала, что эта корова сама похудеть не в состоянии. Все дело в липосакции. Хотя тот журнальчик, из которого были почерпнуты сведения, мог и наврать.
Кофе вскипел.
- Ну, здравствуй, самый трудный день в году, - сказала Лиза.
Она налила кофе в маленькую чашечку. Теперь и покурить можно. Не на кухне, конечно. На лоджии.
Пачка сигарет лежала на столе. Лиза протянула руку к пачке, и тут произошло нечто непредвиденное.
Крыса издала громкий, агрессивный писк, метнулась к Лизе. А в следующий миг Лиза ощутила боль. Длинные, игольно острые зубы впились ей в руку. Крыса тут же отпрыгнула, хищно колотя по столу хвостом.
Лиза отдернула руку. Было не столько больно, сколько.. . удивительно. Неожиданно Лиза поняла, что крыса - самая настоящая. Грязная, вонючая. Никакой это не компьютерный прикол...
Лиза попятилась. В голове всплывали страшилки из детства. Бродячие собаки.. . укусы.. . сорок уколов в живот.. . Где-то глубоко вскипала обида. Ну, зачем, спрашивается, все это именно в день рождения?
Она открыла один из кухонных шкафчиков, где, в коробке с лекарствами, стоял пузырек йода.
В шкафчике сновали еще две крысы. Увидев Лизу, одна из них продемонстрировала острые зубы. Другая, как ни в чем не бывало, развернулась, взмахнув плешивым хвостом.
Лиза успела схватить флакончик, решив обойтись без обязательной ватки. Искать ее - значило тревожить крыс.
"Надо, наверное, Лешку будить, - подумала Лиза. - Все-таки разбираться со всякими неприятными вещами, особенно требующими кровопролития, все-таки мужская прерогатива".
Лешка был ее вторым мужем. Вместе они были уже четыре года. Первый (Димкин отец) представлял из себя слизняка и ничтожество. Никакого сравнения с Лешкой, гораздо более брутальным.
А как вообще убивают крыс? Над этим вопросом Лиза предпочитала не задумываться.
Машинально она бросила взгляд на телеэкран. Похудевшая звезда сыпала в лазанью тертый сыр. И вдруг изображение застыло. В кухне воцарилась тишина, прерываемая только странными, чуждыми звуками. "Шур-шур-шур!" - доносились шорохи. Доносились отовсюду: из-за шкафчиков, холодильника, из-под стола, из отсека с мусорным ведром.
"О Боже! - подумала Лиза. - Что всем этим крысам у нас понадобилось?"
Неожиданно прорезался гулкий, левитановский баритон:
- Внимание! Внимание! Передаем экстренное сообщение. Повторяю. Экстренное сообщение...
На экране появился эмчеэсовец с полковничьими погонами.
- Здравствуйте! - хмуро сказал он. - В последние часы участились обращения москвичей и гостей столицы в связи с проникновениями в жилища крыс. Только за последний час в дежурную часть поступило более двух тысяч сигналов.
Лиза замерла, чувствуя, как переворачивается с ног на голову мир вокруг нее.
- Убедительная просьба: если в вашем доме или квартире появились крысы, не пытайтесь избавиться от них самостоятельно. Надлежит вызвать дератизационный отряд быстрого реагирования. Сделать это можно по телефонам...
Записать было нечем. Лиза быстро достал из кармана домашних джинсов мобильный, принялась вбивать самый первый номер.
- Ни одно обращение граждан не будет оставлено без ответа, - продолжал полковник. - Если ваш дом или квартира поражены крысами, если в доме есть маленькие дети, вам надлежит немедленно покинуть жилище, оставив на пульте дежурной части соответствующий сигнал. Повторяю номера для вызова дератизационного отряда...
Вбив номер, Лиза нажала на "вызов". Длинный телефонный гудок сорвался в визгливое и вполне предсказуемое "занято".
Полковник исчез с экрана, вновь появилась сияющая звезда шоу-бизнеса.
- ... не забываем регулярно помешивать...
***

За всю свою жизнь Лиза привыкла узнавать новости по телевизору, ну, и из Интернета. Новости были далеко, все события и катастрофы случались с кем-то, не с ней, не с ее семьей. И теперь в душе поселилась лишь тоскливая, странная пустота, набрякшая шуршащей тишиной. Как в оке циклона, где, если верить научным исследованиям, всегда тишь да гладь.
При мысли о том, что вся эта серая, кусачая масса может вот-вот броситься на нее, что, по сути, ее и врага разделяют лишь каких-то несколько жалких сантиметров, Лиза ощутила тошноту. Та подступила неожиданно. Лиза, не оглядываясь, кинулась в уборную. Она понимала, что крысы могут броситься на нее в любой момент, и она вряд ли сможет что-то с этим поделать.
Твари были и в уборной. Одна деловито расхаживала по пластиковому ободку унитаза, еще двое - обследовали громадную и пустую чашу ванной. И - шорох. Он раздавался отовсюду. То ли это было свойство акустики помещения, то ли действительно - серой нечисти было здесь не в пример больше.
Крыса, которая сидела на унитазе, при виде Лизы угрожающе разинула пасть, издала тонкий писк. Лиза шарахнулась прочь, теряя равновесие.
Не упасть удалось только чудом. Лиза успела схватиться за металлический флакончик с освежителем воздуха, стоявший рядом со стиральной машинкой.
Крыса уже не шипела, а тонко орала. Лиза не сомневалась, что ее укусят. Скорее рано, чем поздно.
Сама не очень-то осознавая, что делает, Лиза направила выхлопное отверстие баллончика на крысу и вдавила пластиковую кнопку распылителя.
Писк перешел в истошный хрип. Крыса, по всей видимости, ослепшая, рухнула с ободка на пол.
Лиза схватила молоток, лежавший тут же, рядом - Лешка вчера новую сушилку приколачивал - и ударила по крохотной, мерзкой головке. Что-то хрустнуло. Не то тонкий крысиный череп, не то кафель. Вокруг головы растеклась маленькая буро-серая лужица. Тельце твари еще дергалось.
"Ну, вот, - подумала Лиза, теперь и я умею убивать крыс, ничего сло... "
Гневный писк вывел ее из раздумий. В две глотки пищали крысы из ванной. Лиза брызнула в них освежителем, сама закашлявшись от химического хвойного запаха.
Крысы пятились, но шорох становился громче.
Лиза попятилась в прихожую, закрыв дверь ванной снаружи на задвижку. Некоторое время постояла с закрытыми глазами, пытаясь силой воли утихомирить тошноту.
"Сейчас я открою глаза, и кошмар пройдет, - убеждала она себя. - Непременно пройдет. Жизнь вернется в прежнее русло. Все будет как раньше. И день рождения вечером... "
Она открыла глаза. Крысы были уже в прихожей, преграждая Лизе путь в квартиру. Крысы были разные - в большинстве серые, но встречались и бурые, и черные, и даже какие-то рыжие, и альбиносы с красными глазами. Возможно, это была лишь иллюзия, но Лиза вдруг поняла, что они расположились.. . ровным строем, в три шеренги. От удивления Лиза выронила молоток.
И это послужило крысам сигналом к атаке.
***

Серо-буро-черная масса крыс, стуча маленькими коготками по паркету, неслась вперед. Твари в первой шеренге визжали, издавая боевой клич.
Лиза отступила, прижалась к входной двери. Она выставила перед собой баллончик с освежителем и вдавила пластмассовую кнопку, сама не зная, поможет ли это.
Запах освежителя никогда ей не нравился - холодный, мертвый. Сейчас, казалось, в прихожей не осталось кислорода. Только эта резкая псевдохвойная вонь.
Но она, как ни странно, действовала. Крысы пятились. Многим из них едкая жидкость из баллончика попала в глаза, и твари пустились наутек, позабыв о стройности рядов (хотя думали ли они об этом вообще?).
"Откуда их столько? - отчаянно думала Лиза. - Неужели они жили здесь всегда? В квартире на седьмом этаже? В центре столицы? Да быть не может!"
- ... экстренный выпуск новостей, - зловеще бубнили из телевизора. - ... нападения крыс на крупнейшие мировые столицы.. . на связи наш корреспондент в Санкт-Петербурге...
- Димка! - отчаянно закричала Лиза. - Дима! Ты жив?
Несколько секунд зловещей тишины ("... здравствуйте, Алексей.. . обстановка в северной столице сложная.. . с утра атаке подверглись административные и жилые здания.. . жители нескольких районов, таких, как Купчино, Петроградская сторона, Васильевский остров, вынуждены были бежать из своих домов.. . башня "Газпрома" продолжает сопротивление.. . отряды МЧС приведены в полную боевую готовность.. . к работам по дератизации подключились бойцы ОМОН, а также военнослужащие-срочники... "), во время которых Лиза успела проклясть все на свете, и вдруг - Димкин голос, слабый, полузадушенный:
- Мама! Что это!
- Дима, не вставай!!
Наверное, Лиза была неправа, и сама стремилась в западню, но бросить сына она не могла.
Лиза влетела в его комнату. Димка лежал, закутавшись одеялом, а вокруг кровати кишели крысы - немного. Мигал загадочный красный огонек.
- Димка, с тобой все в порядке, Господи! - От облегчения закружилась голова, и Лиза чуть не упала.
- Мам! Тут крысы, что это?
- Потом, Димочка.
Лиза совсем позабыла об опасности. Впрочем, сейчас она уже не боялась. Под влиянием пережитой стычки страх перерос в собственную противоположность, некую отчаянную отвагу, когда уже не думаешь о своей жизни, и она перестает что-либо значить для твоего сознания.
Залп освежителя, и крысы попятились от кровати прочь. Одновременно прекратились и красные вспышки.
- Дима, быстрее одевайся! Бежим! Нет, с кровати не вставай!
Она стала кидать ему разложенную на стуле одежду - джинсы, рубашку, свитер.
- Скорей!
Сегодня утром ничего повторять Димке было не надо.
- А здорово, мама, я крыс разогнал? - спросил сынишка, впрыгивая в брюки.
- Ты?
- Ну, да! Они меня не тронули...
- Но почему? Как?
- Вот! - Димка словно бы с гордостью помахал крохотным металлическим цилиндриком. - Лазерный брелок. Помнишь, вчера купили? Они его боятся...
Лиза кивнула, но мыслями она была уже далеко. Надо было проникнуть еще и в спальню. Полчему-то Лешка молчит. Неужели.. . Нет-нет, не может быть...
- Леша! - позвала она.
Тишина...
"...в нашей студии эксклюзивные, переданные по спутниковой связи кадры столкновений с крысами в Нью-Йорке.. . люди укрылись на верхних этажах небоскребов.. . по последним сообщениям, несколько высоток горит.. . охвачена огнем знаменитая башня Эмпайр-Стейт-Билдинг... "
- Леша!
Должно быть, сейчас Лиза и Димка напоминали героев какого-то пародийного боевика. Она шла впереди, держа в вытянутой правой руке флакончик с освежителем воздуха. Левой держала Димку, который обводил лучом лазерного брелока пространство вокруг себя и мамы.
Странно, но путь в спальню был свободен.
Лиза распахнула дверь. Первое, что она заметила - то, как шевелится, ходит ходуном одеяло. Остальное - внедрялось в мозг отдельными фрагментами. Усатые мордочки.. . Серая грязная шерстка.. . Перепачканная кровью.. . Крови на постели было много.. . Лешка лежал неподвижно...
- Димка, не смотри! - Лиза зажала сыну глаза ладонью, зажмурилась сама, понимая, какой опасности подвергает и себя, и его. - Не надо...
Серая тварь с куском мяса в смрадной пасти.. . Вырванная щека Лешки.. . Проглядывают зубы...
Тошноту Лиза в этот раз все-таки сдержать не смогла...
***

В удушливом полубеспамятстве Лиза схватила со столика у трюмо Лешкин флакончик с дезодорантом - освежитель воздуха уже подходил к концу, слишком много его было истрачено. Почти бессознательно, на автопилоте, выволокла Димку в прихожую, не забывая поливать ощерившихся крыс химической дрянью. Обулась сама - в кроссовки, успев подумать, что будь она героиней голливудского блокбастера, ей пришлось бы биться с тварями, чего доброго, в туфлях на шпильках. Истерически хихикнула.
Лиза даже набралась смелости проникнуть в Димкину комнату и взять там его школьный рюкзачок, внутрь которого крысы, вроде бы, не проникли.
- Мам, а мы вернемся? - испуганно спросил Димка.
- Вернемся...
- Сегодня?
- Не знаю. Пошли...
Она даже еще раз, ни на что особо не надеясь, попыталась вызвать дератизаторов по мобильному. Но номер был занят. Похоже, безнадежно.
Крысы, конечно, чувствовали, что люди уходят. Поэтому не нападали. А, может, боялись. Все-таки Лиза хорошо их напугала. Жалко, что они от этого не умирают...
Захлопнув дверь квартиры, Лиза запустила руку в карман куртки. Там лежали ключи. Но не от дома. От автомобиля.
Лиза помедлила перед металлическими дверями лифта. Спуститься на нем? Или все-таки пешком? И в каком случае возникнет наибольшая вероятность нарваться на крыс?
Впрочем, лифт Димка уже вызвал. Из шахты доносилось гудение.
И стук...
Словно в кабине, которая поднималась все ближе, ближе, ближе, кто-то прыгал. Или, может быть, бился о стены.
Время замедлилось. Когда кабина с тем, что колотилось в ее бронированном нутре, прибыла на этаж, а двери стали разъезжаться в стороны, Лиза, еще не видя, но чувствуя, поволокла Димку прочь, подальше.
Двери разъехались, но еще до этого времени и Лиза, и Дима услышали вопль. Казалось, ни живой человек, ни даже животное так кричать просто не могут.
Из кабины вывалился.. . все-таки человек. Лиза узнала соседа - дядьку Витьку, жившего двумя этажами выше, на девятом. Страшно и матерщинно вопя, он вывалился на пол из кабины.
Сначала Лиза не могла понять, что с ним не так. Багровое лицо? Но оно всегда было таким. Ведь дядька Витька, отставной военный, всегда злоупотреблял спиртным. Впрочем, сейчас казалось, что кровь, копившаяся под кожей, прорвала тонкий покров изнутри и - хлынула безудержным потоком.
Дядька Витька корчился на полу подъезда, мешая дверям закрыться, хлопал ладонями по своему телу. А по его затылку, шее, корпусу - ползали крысы, нисколько, кажется, не опасаясь таких проявлений агрессии со стороны теперь уже беззащитного человека.
Что еще было не так, Лиза поняла только потом. Двумя или тремя этажами ниже. У дядьки Витьки исчезли глаза.
- Господи! - пробормотала Лиза. - Господи! Сделай так, чтобы это был всего лишь сон. Чтобы я проснулась и все было в порядке.
За дверью одной из квартир на четвертом (кажется) этаже слышались истошные крики. Потом выстрелы.
Лиза поволокла Димку за собой. Никогда еще она не бегала так быстро, перескакивая через три ступеньки. Димка семенил сзади, а Лиза думала, что не может позволить ему упасть. Не может. Не может. Не может...
***

Во дворе тоже что-то происходило. Неподалеку от детской площадки лежало безжизненное тело гастарбайтера в оранжевой жилетке. Какие-то незнакомые люди грузили коробки в "газель". Картина производила бы вполне мирное впечатление, если бы один из погрузчиков не поводил то и дело вокруг себя травматическим (хотя кто его знает, хотелось бы верить) пистолетом. Несколько автомобилей зияли выбитыми стеклами.
"Шкода-октавия", оформленная на Лешку, была припаркована в глубине двора. С ней, вроде бы, все было в порядке. Стекла не выбиты, шины не проколоты.
Видимой опасности не было, но Лиза знала, что нападение может последовать отовсюду. Впрочем, ни на нее, ни на Димку пока никто не набрасывался. Но Лиза отдавала себе отчет, что твари могут кинуться на них в любой момент.
Лиза разблокировала дверь. И, когда до спасительного салона оставалось чуть меньше трех метров, события, наконец, закрутились.
Откуда-то из-за кустов появился ранее не замеченный юнец, с неприятным лицом, фактически изуродованным пятнами багровых прыщей, деловито приблизился к дверце, раскрыл ее.
- Это вообще-то моя машина, - стараясь не волноваться, не показывать слабость, произнесла Лиза.
- Уже нет, зайка, - хмыкнул тип, с интересом рассматривая внутренность салона. - Мой совет: вали отсюда, пока цела. Симпатичная машинка...
От возмущения у Лизы перехватило дыхание. Такого не могло быть: машину, их единственный шанс на спасение, сейчас уведет какой-то хмырь?!
- Сзади! - вдруг истошно закричал Димка. - Дядя! Сзади!!
Тип обернулся, и Лизе хватило ничтожной доли мгновения, чтобы понять, что Димкин вопль оказался ни чем иным, как хитростью. Что никакой опасности (во всяком случае, со стороны крыс) сейчас нет.
"Молодец малыш! Весь в меня такой находчивый... "
Хитрость сработала. Прыщавый обернулся. А Лиза выпалила ему прямо в лицо едкие жидкости сразу из двух баллончиков. Угонщик закричал:
- Сучка, блядь, ты что же тво...
Но этой его заминки Лизе вполне хватило для того, чтобы от души врезать ему между ног, в уязвимое для каждого мужика местечко.
Тип рухнул на колени, все еще держась за лицо.
"Надеюсь, я сожгла ему глаза", - без всяких эмоций подумала Лиза. Эмоции, знала она, придут позже. Не сейчас.
Димка быстро впрыгнул на переднее сиденье, а Лиза блокировала дверцы изнутри.
Прыщавец, похоже, все-таки не ослеп. Лиза заводила мотор, а горе-угонщик, яростно матерясь, колотил по стеклам. Впрочем, поделать с уходящими жертвами он уже ничего не мог.
- Мама, а куда мы поедем? - тихо и серьезно спросил Димка.
- Не знаю, маленький, - ответила Лиза. - Куда-нибудь...
Она включила радио. И салон немедленно наполнился заполошным голосом какого-то ведущего: "Потеряна связь со Стокгольмом. Георгий, можно ли утверждать, что в шведской столице никого не осталось в живых?"
***

Впрочем, их путешествие в автомобиле не продлилось сколько-нибудь долго. На Комсомольском проспекте "шкода" намертво застряла в длинной и безнадежной пробке, без всякой возможности куда-нибудь свернуть. Машины, что стояли впереди, неистово сигналили. Где-то, не так уж далеко, звучали выстрелы. Чуть левее, на противоположной стороне, что-то горело, и улицу постепенно заволакивал густой, смрадный дым. Из "ниссана" в соседнем ряду какие-то остервенелые гопники выволакивали водителя ("Ты шо там, блядь, сказал, а? Повторишь, сучара?.. "). Куда-то, с короткоствольными автоматами наперевес, несся по мостовой отряд ОМОН, не обращая на драку никакого внимания...
Неожиданно Лиза поняла, что, сидя в машине, она попросту зря теряет драгоценное время. Хозяина "ниссана", наконец, выволокли и теперь пинали ногами прямо на мостовой. Лиза вдруг поняла, что многие из автомобилей впереди - просто пусты. Из этой пробки было не вырваться.
- Пошли, - решительно сказала она, глуша мотор и оставляя ключи в замке. - Нельзя здесь оставаться...
- Мама! - теперь-то Димка пытался заканючить. - Куда мы? А, мам?
- Вперед, не разговаривай.
По тротуару валила возбужденная толпа. Черный дым разъедал глаза. Лиза кашляла, позволив толпе тащить и себя, и Димку в своем чудовищном потоке. Главное было - не выпускать его ладони. Не выпускать...
За поворотом какие-то люди штурмовали супермаркет. Здесь тоже кого-то били. Какую-то крепкую бабу с мешком.
- Я те дам, паскудина! Весь хлеб потаскала! - кричал мужик лет сорока, обрушивая удар на лицо тетки, которая, хоть и лежала на асфальте, но мешка из рук не выпускала.
- Куда вуки тянеф? Отпуфти! - Тетка плевалась золотыми коронками, но ноши из рук не выпускала.
В супермаркете стоял чад, кто-то кричал. Что-то горело. Люди толкались, падали. По их телам топтались. Откуда-то из дальнего конца зала, слышалась стрельба, на которую, впрочем, никто не обращал внимания.
На полу лежало тело в камуфляжной униформе. Магазинный охранник.
Какие-то мужики дрались за сетчатую тележку, заполненную, насколько могла разобрать Лиза, подсолнечным маслом.
И крысы.. . Они сновали здесь же, среди людей, нападая на обессилевших и упавших.
Со стороны мясных рядов бежал какой-то дядька. Он пытался отодрать от себя крысу, что вцепилась ему зубами прямо в нос.
- Туда! - крикнула Лиза, таща Димку в отдел бытовой химии и предметов гигиены.
По счастью, почти пустой. Лишь некая баба проворно закидывала в тележку рулоны туалетной бумаги.
- Вот, вот то, что нам надо. Дима, развязывай рюкзак!
Освежители воздуха стояли и валялись на полках. Лиза хватала их и бросала в рюкзак: хвойные, апельсиновые, мятные и еще черт-их-знает-какие.
Совсем недалеко, рядах в трех-четырех от них послышался взрыв. Полетели на пол прилавки. Заорали люди.
Лиза вновь схватила Димку одной рукой, другой держала рюкзак. Надо было вырываться отсюда.
Толпа крушила прилавки, окна. В дверях образовалась немыслимая толчея. Какой-то здоровенный дядька, к чьей шее присосались, подрагивая хвостами, сразу две крысы, обрушивал тележку прямо на окно. Хлопнуло и со звоном осыпалось стекло.
- Бежим! - крикнула Лиза.
На улице он, наконец, поняла, что означает выражение: из огня да в полымя. Вокруг происходило что-то невероятное.
***

По улице - вернее, достаточно узкой полоске тротуара бежали люди. Неисчислимая человеческая масса. Бежали менеджеры в дорогих костюмах, их галстуки сбились в стороны, а прически оказались растрепаны. Спотыкаясь, ковыляли на высоких каблуках офисные девушки. В большинстве своем они были обречены и, кажется, догадывались об этом. Продирались локтями люмпены. Людской поток влек за собой и группку молодых людей. Наверное, студентов. Те, по всей видимости, достаточно успешно старались убедить себя в том, что не происходит ничего страшного. Над толпой звучал их натужный смех. Звучал диссонансно и даже кощунственно.
- Мама, куда мы? - Димка, по всей видимости, уже устал от обилия новых впечатлений. Теперь он не говорил, а хныкал.
<Если бы я знала это сама>, - подумала Лиза. Вслух же сказала:
- В безопасное место.
С какого-то момента движения, Лиза увидела, что путь толпы, ее течение определяют вооруженные милиционеры в круглых касках. Все они были на нервах, один нервно матерился в рацию. Над толпой разносился усиленный мегафоном голос:
- :няем спокойствие: родёрство и грабеж будут жестко пресекаться: твлена эвакуация в безопасные места до завершения дератизации: дежурит бригада медиков: порядок и спокойствие:
На противоположной, каким-то невероятным образом очищенной от людского присутствия, стороне улицы щерился клыками разбитых стекол магазин бытовой техники. Валялись разбитые и покореженные корпуса телевизоров.
<Поразительно, как быстро мы дичаем, - подумала Лиза. - Ведь еще вчера вечером все было чинно и благопристойно. Да и зачем, спрашивается, крушит телевизоры? Они-то тут при чем?>
Впрочем, один телевизор уцелел. Огромный. плазменный - сейчас он транслировал взволнованные лица дикторов Останкино. Голосов слышно не было. Телеведущий был откровенно взлохмачен и, кажется, даже пьян. Его напарница держала себя в руках.
Ровно до тех пор, пока откуда-то сверху ей на голову не прыгнула отвратительная серая крыса. Камера еще успела показать ее лицо, искаженное судорогой внезапного ужаса. Мельком и словно бы под углом показали и ведущего, который все сбрасывал, сбрасывал с себя клыкастых тварей, но тех становилось все больше.
По экрану пошли помехи.
Издалека, спереди послышались выстрелы. Затем что-то гулко ухнуло и взорвалось. Менты в касках истерично и беспорядочно кричали друг на друга. Большинство из них помчалось туда, в сторону взрыва.
Грохнул второй:
Толпа снова пришла в движение.
- Бежим, - сказала Лиза Димке.
Они пронеслись мимо оцепеневшего от изумления молоденького мента и ввинтились в бесконечный автомобильный затор. Сзади кто-то кричал. Доносился сухой треск выстрелов.
Отдышаться они с Димкой остановились в арке, перегороженной металлическими воротами.
- Мама, а куда мы бежим? - задал Димка уже надоевший вопрос.
<Ну, давай же, имей мужество признаться>, - сказала себе Лиза.
- Я не знаю, Дима.
- Зато я знаю! - не без самодовольства сказал он.
- Что ты знаешь?
- Где нам надо прятаться от крыс.
- И где?
- Смотри: Они же живут на земле и под землей:
- Ну:
- В метро поэтому нам нельзя. Надо бежать в какой-нибудь небоскреб. Потому что чем выше от земли, тем меньше там будет крыс.
- Димочка, гений ты мой, - грустно усмехнулась Лиза.
- Мамуль, нам нужен небоскреб:
***

- Я бы с удовольствием отправилась туда, - вздохнула Лиза.
- Так пошли, мама!
- Мы туда не доберемся, - Лиза развела руками с улыбкой, которую сама иногда ненавидела. Так она вынуждена была улыбаться, когда Димка просил игрушку, но на нее не хватало денег. Жалкая была улыбка. - Ты же сам видишь, что творится на улицах:
- Мама, у нас получится! Я знаю! Знаю!
- Димочка, сейчас не лучшее время для того, чтобы мечтать. Мы, на всякий случай на <Фрунзенской>. К Москва-Сити мы можем добираться целый день:
- Мамуля! - Димка даже топнул ножкой. - Я знаю, как нам туда попасть. Знаю! Пошли за мной, и ты сама все увидишь!
- Ох, Дима:
- Или у тебя есть какой-то другой план?
Лиза, совсем уж в растерянности, выдавила на лицо улыбку в разы беспомощней предыдущей.
- Нет, Димочка. Никакого другого плана у меня нет.
- Так пошли!
Сын легко и уверенно вел ее сквозь дворы. Где-то была стрельба. А в одном из дворов им чуть ли не прямо на голову посыпались осколки оконных стекол.
Эти места Лиза знала лишь приблизительно. Они располагались достаточно далеко от их дома, и сюда они с Димкой забредали лишь изредка. Да и то, двигались по улицам. В сами дворы не заходили.
Лиза сомневалась, будто Димка знает, что им делать. Хотя он был в своем роде уникальным ребенком. Можно сказать, что даже вундеркиндом. Например, он, совершенно играючи, угадывал вопросы, которые задавали в передаче <Что? Где? Когда?>. Димка почему-то всякий раз знал, что лежит в <черном ящике>. А вот знатоки - не всегда. Даже импозантный Друзь:
Впрочем, на школьной успеваемости эта Димкина способность никак не сказывалась. Почерк у него был отвратительный и небрежный. Сам себя ее сын называл хорошистом. Хотя, если смотреть правде в глаза, Димка был скорее троечником.
Он не всегда был таким выдающимся. Только сейчас Лиза припомнила, что угадывать сложные телевизионные вопросы ее сын стал, кажется, после того, как переболел тем самым <крысиным> гриппом.
Хотя какое это имело значение сейчас?
В одном из дворов они увидели, как к скамейке шатающейся, развинченной походкой приближается мужчина в черной униформе, с эмблемой охранного предприятия на рукаве. Еще вчера Лиза подумала бы, что он - смертельно пьян. Но сейчас видела, что тот просто истекает кровью. Кровь толчками выливалась из раны в животе. Наверное, мужику было очень больно, но он находился, как ни странно, в сознании. Левой рукой он размазывал кровь по одежде и время от времени подносил перепачканную ладонь к лицу, словно не веря.
- Суки, - хрипло стонал мужик. - Сучары:
В правой у него был пистолет.
- Пошли, мама! - тянул Лизу Димка.
Но Лиза не могла сойти с места. Она стояла и, как зачарованная, смотрела на раненого. Кто это, интересно, его так? Явно ведь не крысы. Кто-то из своих, людей. Но за что, Господи?
Мужик в черном вдруг застонал и выронил оружие. Теперь он обеими руками держался за живот и глухо выл, должно быть, терзаясь от невыносимой боли.
Пистолет - огромный, страшный и грубый - совсем не такой, не игрушечный, как в милицейских сериалах, лежал на заплеванной земле, среди пропитанного кровью тополиного пуха.
- Мама, возьми, - неожиданно серьезно, по-взрослому, сказал Димка.
- Да, - Лиза встряхнулась. - Да, да:
Что же это на нее нашло? Уже несколько покойников за сегодня видела. Почему же этого так жалко? Впрочем, наверное, дело было не в жалости вовсе. Просто столько жути за один день: Который, к тому же, еще и не кончился:
Но сынишка был прав. Лиза присела, подняла пистолет - страшный, мужской, тяжелый. Быстро развязала Димкин рюкзачок, положила оружие туда, на всякий случай под флаконы с аэрозолями.
***

- Туда! - вдруг сказал Димка, и с совсем не детской силой поволок Лизу за собой.
Через скамейки, детский городок, минуя мусорные баки, на которых, уже не скрываясь, совершенно безбоязненно, пировали крысы.
Лиза шла следом за ним, совершенно бездумно, двигаясь, будто щепка, плывущая по воле волн. Она думала о том, что Димка как-то вдруг, как-то неожиданно, меньше, чем за день, повзрослел. Он ведь - уже не мальчик, а маленький мужчина, ощущающий себя вправе руководить и направлять слабую, уставшую женщину, которая, того и гляди, с истеричным облегчением хлопнется в обморок.
Димка вел ее вдоль внутренней, обращенной во двор, стороны длинного семиэтажного дома давней, еще сталинской постройки.
- Быстрей, мама! Быстрей!
- Димочка, - вздыхала она на бегу. - А куда мы так торопимся?
- Увидишь! Только надо торопиться, а то не успеем.
- Да что ты несешь, маленький, - вздохнула она и вдруг спросила то, что подспудно и невысказанно интересовало ее: - Откуда ты об этом знаешь?
Димка на мгновение остановился и провел свободной ладонью у себя перед лицом.
- Мама, я это вижу: Вижу, да: Ну, как ответы к <Что? Где? Когда?>.
Он опять устремился вперед, чуть ли не срываясь на бег. Лиза едва поспевала за ним.
Ее мысли усиленно заработали. <Что? Где? Когда?> : Способности угадывать ответы появились у Димки после: После гриппа: Который пришел, как говорили, от крыс. Которые:
Да могло ли такое быть? Ведь и они тоже - словно поумнели. Ну, или обнаглели. И - Лиза сама это видела - стали нападать на людей, построившись в шеренги.
<Да ну, - отогнала Лиза неожиданную, и от этого пугающую мысль. - Не может этого быть!>
Но беспощадный внутренний голос отвечал, что - может. Что это уже есть:
- Сюда, мама! - крикнул Димка, выволакивая ее на забитый брошенным транспортом Комсомольский проспект.
Там, напротив громады МДМ, близ магазина <Медицинская книга>, толпились люди. Разъяренные, напуганные, истошно орущие, толкающиеся.
А в самом центре толпы стоял вертолет, медленно вращающий лопастями пропеллеров. Люди орудовали локтями, стремились попасть туда, к механической, гигантской стрекозе. Напор толпы сдерживали милиционеры. Лиза еще не видела их, но понимала, что долго они не простоят. Минута-две, и толпа просто сметет их.
А над людьми разносился мужской голос:
- Граждане, не толпитесь! Да не толкайтесь! Все успеем эвакуироваться! Соблюдайте организованность!
- Да пошел ты! - крикнул кто-то из толпы.
Лиза, не обладая и толикой Димкиных способностей, прекрасно понимала, что человек с мегафоном лжет. Что этот вертолет - быть может, единственный шанс унести ноги от разъяренных крыс для большинства этих людей. Да и для нее самой.
- Пропускаем вперед женщин с детьми! - надрывался человек. - Женщин: Стариков:
- Братва, да хули мы его слушаем! - вдруг раздался другой надсадный голос. - Хуй они о нас потом вспомнят. Пошли отобьем вертолет:
- Назад! Я сказал назад! - неслось из мегафона. - Следующие транспорты вскоре прибу:
- Вали ментов, ребзя!
- Вали! Вали! Пидоры серые! Сами, небось, эвакуировались:
- Повторяю: пропускаем женщин с детьми и стариков: В противном случае будет открыт огонь на поражение:
Лиза поняла, что, если она сейчас не попадет на вертолет, ее растопчут. А, если и не растопчут, то убьют. Не крысы, так люди:
Лиза стала продираться сквозь толпу.
- Пустите! Пустите! Я - с ребенком!
Однако голос ее тонул в общем гомоне. Более того, ее пихали локтями.
- Вот сучка! Людям из-за тебя места не хватает:
- Я - с ребенком!
Перед Лизой вдруг выросла мощная тетка, типичная, как показалось Лизе, рыночная торговка - крепкокостная, с суровым лицом. Она схватила Димку за свободную руку, дернула так сильно, что Лиза выпустила сына.
Не оборачиваясь, торговка поволокла Димку за собой.
- Эй! Пустили быстро! Я с ребенком! - Голос у этой торгашки оказался куда более зычным, чем у Лизы.
И толпа нехотя расступалась.
- Мама! - кричал Димка.
- Дима! Отпусти ребенка, тварь!
Но похитительница оборачиваться и не думала.
Сердце захлестнуло внезапной болью. Только сейчас Лиза поняла, что теперь-то точно - все пропало. Хотя, может быть, Дима и спасется. Его отвезут - но куда? На военную базу? В один из небоскребов Москва-Сити?
Димка, уволакиваемый чужой теткой, уже почти пропал из вида. Его уже отделял от мамы целый частокол рук, ног, спин.
- Димочка! - беспомощно скулила Лиза, прекрасно зная, что напрасно теряет силы. Никто ее не услышит.
Но тут впереди, уже почти у самой линии милицейского оцепления, стало что-то происходить. Лиза вдруг увидела, как сын впивается зубами похитительнице в запястье, трясет головой, одновременно скидывая со спины школьный рюкзак. Она видела, как тетка, рыночная мерзкая дрянь, бьет его по голове. Но Димка уже запустил руку в рюкзак и достал оттуда...
- Господи! Димочка! Ты что делаешь?!
Немыслимым усилием Лиза продралась ближе.
Она могла уже видеть Димку, который двумя руками держал тяжеленный пистолет, приставив его ствол тетке к животу.
- А ну, отпусти меня к маме:
Лиза слышала его голос.
- Ну, ты и гаденыш, - Тетка злобно прищурилась, замахнулась.
И тут на нее налетела Лиза. Она отдавала себе отчет в разнице весовых категорий. Тем не менее, ей удалось немыслимое. Она сбила гадину с ног и сейчас с каким-то поистине зверским наслаждением полосовала гнусную в потеках жирной косметики, физиономию.
- Мама! Мама! Оставь ее! - услышала она Димкин голос. - Пошли быстрее!
Остаток пути к линии оцепления прошел словно в беспамятстве. Впрочем, был этот остаток не долог.
- Так, гражданка, вы с ребенком, - Деловито обратился к ней моложавый милицейский офицер. - Хорошо, идите к вертолету. Все, скоро взлетаем. Да, и оружие ваше сдать придется:
Толпа негодующе взревела.
Протиснувшись в заполненное под завязку нутро вертолета, Лиза ощутила что-то вроде неловкости. Ей почему-то было стыдно перед той теткой. Она-то, Лиза, выживет. Но и та баба жить хотела. Впрочем, эти мысли достаточно быстро улетучились, стоило только Димке посмотреть ей в глаза.
- Мы спаслись, мама! Я же говорил!
***

Как завороженная, Лиза смотрела на Москву сверху. Такой столицы она еще не знала.
Она видела дороги, забитые брошенными автомобилями.
Здания, из окон которых валил плотный черный дым.
Стихийные баррикады, и люди в камуфляже, идущие на приступ.
<Господи Боже! Зачем сейчас воевать?> - думала Лиза.
Гигантская статуя Петра I была окутана дымом в багровых сполохах.
Может быть, благодаря тому, что пылал метромост на Воробьевых Горах.
Где-то около университета раздался гулкий и громкий хлопок. А затем вырос и раздулся шар огня.
- Из огнемета захуячили, - констатировал один из ментов.
Вертолет заложил крутой вираж, и стала видна конечная цель путешествия - башни небоскребов Москва-Сити.
Лиза покосилась на Димку. Тот, не без самодовольства, но очень-очень искренне, улыбнулся и, дурачась, сделал указательным пальцем и мизинцем <козу>.
- Так, граждане пассажиры, - обратился к беглецам моложавый офицер милиции. - Мы с вами прибываем на временный эвакопункт. Большая просьба: не разбегаться, досконально следовать инструкциям компетентных лиц. Ну, и вообще, базар-вокзал не устраивать.
Стальная стрекоза заходила на посадку на крышу одной из башен. Там уже стояли и размахивали руками какие-то люди:

День крысы

Увидев крысу на кухонном столе, Лиза подумала, что это - шутка. Наверняка серая тварь с голым розовым хвостом напичкана внутри микросхемами, а когда Лиза решит согнать ее со стола, раскроет зубастую пасть и.. . Ну, мало ли. Споет "Хэппи бёздэй ту ю", например. Ведь сегодня у Лизы действительно день рождения, двадцать шестое июня. И, хотя ей исполнилось всего двадцать восемь, Лиза ощущала себя на все пятьдесят. Уже с утра навалилась усталость. Сегодня предстояла суета. Накрыть стол на работе, уйти, тем не менее, пораньше, чтобы устроить застолье уже дома, когда придут гости. Можно бы и в другой раз, но - пятница, ничего не попишешь.
Через полчаса надо разбудить Димку. Казалось бы, уже второй год в школу ходит, но утром по-прежнему не поднимешь. Все переживает - неужели еще почти десять лет так рано вставать?
Поэтому крысу до его пробуждения лучше не трогать. Зато когда проснется, картинно напугаться, вскрикнуть. Пусть посмеется...
Конечно, электронные приколы сейчас стоят дешевле коробка спичек. Но все равно приятно, что сын тратит карманные деньги на подарок маме.

Лиза поставила кофе на огонь и, помешивая его и косясь на игрушечную крысу, подумала, что шутка-то - не Бог весть какая смешная и умная. Совсем недавно по всей планете пронеслось заболевание, которое тут же окрестили "крысиным гриппом". Пострадали в основном грызуны. По телевизору показывали пути метро, заваленные мертвыми крысами. Поговаривали, что неприятные хвостатые твари и вовсе вымрут. Но этого, конечно, не произошло. Правда, количество серых паразитов, как уверяли городские власти, существенно сократилось.
На людей "крысиный грипп" тоже перекинулся. Врачи первое время били тревогу, объявляли карантин. Но для человека эта хворь оказалась не так опасна. Вон, даже Димка переболел, температурил несколько дней. От вирусной инфекции скончалось всего несколько десятков человек. Потом быстро изобрели вакцину, стали делать прививки, и о новой болезни быстро забыли. Остались только шуточки, одна из которых сейчас сидела на кухонном столе, вполне натурально шевелила усиками и даже грызла печенюшку.
- До чего дошел прогресс, - сказала сама себе Лиза.
Хотелось курить. Однако Лиза решила потерпеть, пока не вскипит кофе.
Она щелкнула пультом телевизора. Предпенсионного возраста звезда шоу-бизнеса делилась рецептом диетической лазаньи. Лиза фыркнула, она-то читала, что эта корова сама похудеть не в состоянии. Все дело в липосакции. Хотя тот журнальчик, из которого были почерпнуты сведения, мог и наврать.
Кофе вскипел.
- Ну, здравствуй, самый трудный день в году, - сказала Лиза.
Она налила кофе в маленькую чашечку. Теперь и покурить можно. Не на кухне, конечно. На лоджии.
Пачка сигарет лежала на столе. Лиза протянула руку к пачке, и тут произошло нечто непредвиденное.
Крыса издала громкий, агрессивный писк, метнулась к Лизе. А в следующий миг Лиза ощутила боль. Длинные, игольно острые зубы впились ей в руку. Крыса тут же отпрыгнула, хищно колотя по столу хвостом.
Лиза отдернула руку. Было не столько больно, сколько.. . удивительно. Неожиданно Лиза поняла, что крыса - самая настоящая. Грязная, вонючая. Никакой это не компьютерный прикол...
Лиза попятилась. В голове всплывали страшилки из детства. Бродячие собаки.. . укусы.. . сорок уколов в живот.. . Где-то глубоко вскипала обида. Ну, зачем, спрашивается, все это именно в день рождения?
Она открыла один из кухонных шкафчиков, где, в коробке с лекарствами, стоял пузырек йода.
В шкафчике сновали еще две крысы. Увидев Лизу, одна из них продемонстрировала острые зубы. Другая, как ни в чем не бывало, развернулась, взмахнув плешивым хвостом.
Лиза успела схватить флакончик, решив обойтись без обязательной ватки. Искать ее - значило тревожить крыс.
"Надо, наверное, Лешку будить, - подумала Лиза. - Все-таки разбираться со всякими неприятными вещами, особенно требующими кровопролития, все-таки мужская прерогатива".
Лешка был ее вторым мужем. Вместе они были уже четыре года. Первый (Димкин отец) представлял из себя слизняка и ничтожество. Никакого сравнения с Лешкой, гораздо более брутальным.
А как вообще убивают крыс? Над этим вопросом Лиза предпочитала не задумываться.
Машинально она бросила взгляд на телеэкран. Похудевшая звезда сыпала в лазанью тертый сыр. И вдруг изображение застыло. В кухне воцарилась тишина, прерываемая только странными, чуждыми звуками. "Шур-шур-шур!" - доносились шорохи. Доносились отовсюду: из-за шкафчиков, холодильника, из-под стола, из отсека с мусорным ведром.
"О Боже! - подумала Лиза. - Что всем этим крысам у нас понадобилось?"
Неожиданно прорезался гулкий, левитановский баритон:
- Внимание! Внимание! Передаем экстренное сообщение. Повторяю. Экстренное сообщение...
На экране появился эмчеэсовец с полковничьими погонами.
- Здравствуйте! - хмуро сказал он. - В последние часы участились обращения москвичей и гостей столицы в связи с проникновениями в жилища крыс. Только за последний час в дежурную часть поступило более двух тысяч сигналов.
Лиза замерла, чувствуя, как переворачивается с ног на голову мир вокруг нее.
- Убедительная просьба: если в вашем доме или квартире появились крысы, не пытайтесь избавиться от них самостоятельно. Надлежит вызвать дератизационный отряд быстрого реагирования. Сделать это можно по телефонам...
Записать было нечем. Лиза быстро достал из кармана домашних джинсов мобильный, принялась вбивать самый первый номер.
- Ни одно обращение граждан не будет оставлено без ответа, - продолжал полковник. - Если ваш дом или квартира поражены крысами, если в доме есть маленькие дети, вам надлежит немедленно покинуть жилище, оставив на пульте дежурной части соответствующий сигнал. Повторяю номера для вызова дератизационного отряда...
Вбив номер, Лиза нажала на "вызов". Длинный телефонный гудок сорвался в визгливое и вполне предсказуемое "занято".
Полковник исчез с экрана, вновь появилась сияющая звезда шоу-бизнеса.
- ... не забываем регулярно помешивать...
***

За всю свою жизнь Лиза привыкла узнавать новости по телевизору, ну, и из Интернета. Новости были далеко, все события и катастрофы случались с кем-то, не с ней, не с ее семьей. И теперь в душе поселилась лишь тоскливая, странная пустота, набрякшая шуршащей тишиной. Как в оке циклона, где, если верить научным исследованиям, всегда тишь да гладь.
При мысли о том, что вся эта серая, кусачая масса может вот-вот броситься на нее, что, по сути, ее и врага разделяют лишь каких-то несколько жалких сантиметров, Лиза ощутила тошноту. Та подступила неожиданно. Лиза, не оглядываясь, кинулась в уборную. Она понимала, что крысы могут броситься на нее в любой момент, и она вряд ли сможет что-то с этим поделать.
Твари были и в уборной. Одна деловито расхаживала по пластиковому ободку унитаза, еще двое - обследовали громадную и пустую чашу ванной. И - шорох. Он раздавался отовсюду. То ли это было свойство акустики помещения, то ли действительно - серой нечисти было здесь не в пример больше.
Крыса, которая сидела на унитазе, при виде Лизы угрожающе разинула пасть, издала тонкий писк. Лиза шарахнулась прочь, теряя равновесие.
Не упасть удалось только чудом. Лиза успела схватиться за металлический флакончик с освежителем воздуха, стоявший рядом со стиральной машинкой.
Крыса уже не шипела, а тонко орала. Лиза не сомневалась, что ее укусят. Скорее рано, чем поздно.
Сама не очень-то осознавая, что делает, Лиза направила выхлопное отверстие баллончика на крысу и вдавила пластиковую кнопку распылителя.
Писк перешел в истошный хрип. Крыса, по всей видимости, ослепшая, рухнула с ободка на пол.
Лиза схватила молоток, лежавший тут же, рядом - Лешка вчера новую сушилку приколачивал - и ударила по крохотной, мерзкой головке. Что-то хрустнуло. Не то тонкий крысиный череп, не то кафель. Вокруг головы растеклась маленькая буро-серая лужица. Тельце твари еще дергалось.
"Ну, вот, - подумала Лиза, теперь и я умею убивать крыс, ничего сло... "
Гневный писк вывел ее из раздумий. В две глотки пищали крысы из ванной. Лиза брызнула в них освежителем, сама закашлявшись от химического хвойного запаха.
Крысы пятились, но шорох становился громче.
Лиза попятилась в прихожую, закрыв дверь ванной снаружи на задвижку. Некоторое время постояла с закрытыми глазами, пытаясь силой воли утихомирить тошноту.
"Сейчас я открою глаза, и кошмар пройдет, - убеждала она себя. - Непременно пройдет. Жизнь вернется в прежнее русло. Все будет как раньше. И день рождения вечером... "
Она открыла глаза. Крысы были уже в прихожей, преграждая Лизе путь в квартиру. Крысы были разные - в большинстве серые, но встречались и бурые, и черные, и даже какие-то рыжие, и альбиносы с красными глазами. Возможно, это была лишь иллюзия, но Лиза вдруг поняла, что они расположились.. . ровным строем, в три шеренги. От удивления Лиза выронила молоток.
И это послужило крысам сигналом к атаке.
***

Серо-буро-черная масса крыс, стуча маленькими коготками по паркету, неслась вперед. Твари в первой шеренге визжали, издавая боевой клич.
Лиза отступила, прижалась к входной двери. Она выставила перед собой баллончик с освежителем и вдавила пластмассовую кнопку, сама не зная, поможет ли это.
Запах освежителя никогда ей не нравился - холодный, мертвый. Сейчас, казалось, в прихожей не осталось кислорода. Только эта резкая псевдохвойная вонь.
Но она, как ни странно, действовала. Крысы пятились. Многим из них едкая жидкость из баллончика попала в глаза, и твари пустились наутек, позабыв о стройности рядов (хотя думали ли они об этом вообще?).
"Откуда их столько? - отчаянно думала Лиза. - Неужели они жили здесь всегда? В квартире на седьмом этаже? В центре столицы? Да быть не может!"
- ... экстренный выпуск новостей, - зловеще бубнили из телевизора. - ... нападения крыс на крупнейшие мировые столицы.. . на связи наш корреспондент в Санкт-Петербурге...
- Димка! - отчаянно закричала Лиза. - Дима! Ты жив?
Несколько секунд зловещей тишины ("... здравствуйте, Алексей.. . обстановка в северной столице сложная.. . с утра атаке подверглись административные и жилые здания.. . жители нескольких районов, таких, как Купчино, Петроградская сторона, Васильевский остров, вынуждены были бежать из своих домов.. . башня "Газпрома" продолжает сопротивление.. . отряды МЧС приведены в полную боевую готовность.. . к работам по дератизации подключились бойцы ОМОН, а также военнослужащие-срочники... "), во время которых Лиза успела проклясть все на свете, и вдруг - Димкин голос, слабый, полузадушенный:
- Мама! Что это!
- Дима, не вставай!!
Наверное, Лиза была неправа, и сама стремилась в западню, но бросить сына она не могла.
Лиза влетела в его комнату. Димка лежал, закутавшись одеялом, а вокруг кровати кишели крысы - немного. Мигал загадочный красный огонек.
- Димка, с тобой все в порядке, Господи! - От облегчения закружилась голова, и Лиза чуть не упала.
- Мам! Тут крысы, что это?
- Потом, Димочка.
Лиза совсем позабыла об опасности. Впрочем, сейчас она уже не боялась. Под влиянием пережитой стычки страх перерос в собственную противоположность, некую отчаянную отвагу, когда уже не думаешь о своей жизни, и она перестает что-либо значить для твоего сознания.
Залп освежителя, и крысы попятились от кровати прочь. Одновременно прекратились и красные вспышки.
- Дима, быстрее одевайся! Бежим! Нет, с кровати не вставай!
Она стала кидать ему разложенную на стуле одежду - джинсы, рубашку, свитер.
- Скорей!
Сегодня утром ничего повторять Димке было не надо.
- А здорово, мама, я крыс разогнал? - спросил сынишка, впрыгивая в брюки.
- Ты?
- Ну, да! Они меня не тронули...
- Но почему? Как?
- Вот! - Димка словно бы с гордостью помахал крохотным металлическим цилиндриком. - Лазерный брелок. Помнишь, вчера купили? Они его боятся...
Лиза кивнула, но мыслями она была уже далеко. Надо было проникнуть еще и в спальню. Полчему-то Лешка молчит. Неужели.. . Нет-нет, не может быть...
- Леша! - позвала она.
Тишина...
"...в нашей студии эксклюзивные, переданные по спутниковой связи кадры столкновений с крысами в Нью-Йорке.. . люди укрылись на верхних этажах небоскребов.. . по последним сообщениям, несколько высоток горит.. . охвачена огнем знаменитая башня Эмпайр-Стейт-Билдинг... "
- Леша!
Должно быть, сейчас Лиза и Димка напоминали героев какого-то пародийного боевика. Она шла впереди, держа в вытянутой правой руке флакончик с освежителем воздуха. Левой держала Димку, который обводил лучом лазерного брелока пространство вокруг себя и мамы.
Странно, но путь в спальню был свободен.
Лиза распахнула дверь. Первое, что она заметила - то, как шевелится, ходит ходуном одеяло. Остальное - внедрялось в мозг отдельными фрагментами. Усатые мордочки.. . Серая грязная шерстка.. . Перепачканная кровью.. . Крови на постели было много.. . Лешка лежал неподвижно...
- Димка, не смотри! - Лиза зажала сыну глаза ладонью, зажмурилась сама, понимая, какой опасности подвергает и себя, и его. - Не надо...
Серая тварь с куском мяса в смрадной пасти.. . Вырванная щека Лешки.. . Проглядывают зубы...
Тошноту Лиза в этот раз все-таки сдержать не смогла...
***

В удушливом полубеспамятстве Лиза схватила со столика у трюмо Лешкин флакончик с дезодорантом - освежитель воздуха уже подходил к концу, слишком много его было истрачено. Почти бессознательно, на автопилоте, выволокла Димку в прихожую, не забывая поливать ощерившихся крыс химической дрянью. Обулась сама - в кроссовки, успев подумать, что будь она героиней голливудского блокбастера, ей пришлось бы биться с тварями, чего доброго, в туфлях на шпильках. Истерически хихикнула.
Лиза даже набралась смелости проникнуть в Димкину комнату и взять там его школьный рюкзачок, внутрь которого крысы, вроде бы, не проникли.
- Мам, а мы вернемся? - испуганно спросил Димка.
- Вернемся...
- Сегодня?
- Не знаю. Пошли...
Она даже еще раз, ни на что особо не надеясь, попыталась вызвать дератизаторов по мобильному. Но номер был занят. Похоже, безнадежно.
Крысы, конечно, чувствовали, что люди уходят. Поэтому не нападали. А, может, боялись. Все-таки Лиза хорошо их напугала. Жалко, что они от этого не умирают...
Захлопнув дверь квартиры, Лиза запустила руку в карман куртки. Там лежали ключи. Но не от дома. От автомобиля.
Лиза помедлила перед металлическими дверями лифта. Спуститься на нем? Или все-таки пешком? И в каком случае возникнет наибольшая вероятность нарваться на крыс?
Впрочем, лифт Димка уже вызвал. Из шахты доносилось гудение.
И стук...
Словно в кабине, которая поднималась все ближе, ближе, ближе, кто-то прыгал. Или, может быть, бился о стены.
Время замедлилось. Когда кабина с тем, что колотилось в ее бронированном нутре, прибыла на этаж, а двери стали разъезжаться в стороны, Лиза, еще не видя, но чувствуя, поволокла Димку прочь, подальше.
Двери разъехались, но еще до этого времени и Лиза, и Дима услышали вопль. Казалось, ни живой человек, ни даже животное так кричать просто не могут.
Из кабины вывалился.. . все-таки человек. Лиза узнала соседа - дядьку Витьку, жившего двумя этажами выше, на девятом. Страшно и матерщинно вопя, он вывалился на пол из кабины.
Сначала Лиза не могла понять, что с ним не так. Багровое лицо? Но оно всегда было таким. Ведь дядька Витька, отставной военный, всегда злоупотреблял спиртным. Впрочем, сейчас казалось, что кровь, копившаяся под кожей, прорвала тонкий покров изнутри и - хлынула безудержным потоком.
Дядька Витька корчился на полу подъезда, мешая дверям закрыться, хлопал ладонями по своему телу. А по его затылку, шее, корпусу - ползали крысы, нисколько, кажется, не опасаясь таких проявлений агрессии со стороны теперь уже беззащитного человека.
Что еще было не так, Лиза поняла только потом. Двумя или тремя этажами ниже. У дядьки Витьки исчезли глаза.
- Господи! - пробормотала Лиза. - Господи! Сделай так, чтобы это был всего лишь сон. Чтобы я проснулась и все было в порядке.
За дверью одной из квартир на четвертом (кажется) этаже слышались истошные крики. Потом выстрелы.
Лиза поволокла Димку за собой. Никогда еще она не бегала так быстро, перескакивая через три ступеньки. Димка семенил сзади, а Лиза думала, что не может позволить ему упасть. Не может. Не может. Не может...
***

Во дворе тоже что-то происходило. Неподалеку от детской площадки лежало безжизненное тело гастарбайтера в оранжевой жилетке. Какие-то незнакомые люди грузили коробки в "газель". Картина производила бы вполне мирное впечатление, если бы один из погрузчиков не поводил то и дело вокруг себя травматическим (хотя кто его знает, хотелось бы верить) пистолетом. Несколько автомобилей зияли выбитыми стеклами.
"Шкода-октавия", оформленная на Лешку, была припаркована в глубине двора. С ней, вроде бы, все было в порядке. Стекла не выбиты, шины не проколоты.
Видимой опасности не было, но Лиза знала, что нападение может последовать отовсюду. Впрочем, ни на нее, ни на Димку пока никто не набрасывался. Но Лиза отдавала себе отчет, что твари могут кинуться на них в любой момент.
Лиза разблокировала дверь. И, когда до спасительного салона оставалось чуть меньше трех метров, события, наконец, закрутились.
Откуда-то из-за кустов появился ранее не замеченный юнец, с неприятным лицом, фактически изуродованным пятнами багровых прыщей, деловито приблизился к дверце, раскрыл ее.
- Это вообще-то моя машина, - стараясь не волноваться, не показывать слабость, произнесла Лиза.
- Уже нет, зайка, - хмыкнул тип, с интересом рассматривая внутренность салона. - Мой совет: вали отсюда, пока цела. Симпатичная машинка...
От возмущения у Лизы перехватило дыхание. Такого не могло быть: машину, их единственный шанс на спасение, сейчас уведет какой-то хмырь?!
- Сзади! - вдруг истошно закричал Димка. - Дядя! Сзади!!
Тип обернулся, и Лизе хватило ничтожной доли мгновения, чтобы понять, что Димкин вопль оказался ни чем иным, как хитростью. Что никакой опасности (во всяком случае, со стороны крыс) сейчас нет.
"Молодец малыш! Весь в меня такой находчивый... "
Хитрость сработала. Прыщавый обернулся. А Лиза выпалила ему прямо в лицо едкие жидкости сразу из двух баллончиков. Угонщик закричал:
- Сучка, блядь, ты что же тво...
Но этой его заминки Лизе вполне хватило для того, чтобы от души врезать ему между ног, в уязвимое для каждого мужика местечко.
Тип рухнул на колени, все еще держась за лицо.
"Надеюсь, я сожгла ему глаза", - без всяких эмоций подумала Лиза. Эмоции, знала она, придут позже. Не сейчас.
Димка быстро впрыгнул на переднее сиденье, а Лиза блокировала дверцы изнутри.
Прыщавец, похоже, все-таки не ослеп. Лиза заводила мотор, а горе-угонщик, яростно матерясь, колотил по стеклам. Впрочем, поделать с уходящими жертвами он уже ничего не мог.
- Мама, а куда мы поедем? - тихо и серьезно спросил Димка.
- Не знаю, маленький, - ответила Лиза. - Куда-нибудь...
Она включила радио. И салон немедленно наполнился заполошным голосом какого-то ведущего: "Потеряна связь со Стокгольмом. Георгий, можно ли утверждать, что в шведской столице никого не осталось в живых?"
***

Впрочем, их путешествие в автомобиле не продлилось сколько-нибудь долго. На Комсомольском проспекте "шкода" намертво застряла в длинной и безнадежной пробке, без всякой возможности куда-нибудь свернуть. Машины, что стояли впереди, неистово сигналили. Где-то, не так уж далеко, звучали выстрелы. Чуть левее, на противоположной стороне, что-то горело, и улицу постепенно заволакивал густой, смрадный дым. Из "ниссана" в соседнем ряду какие-то остервенелые гопники выволакивали водителя ("Ты шо там, блядь, сказал, а? Повторишь, сучара?.. "). Куда-то, с короткоствольными автоматами наперевес, несся по мостовой отряд ОМОН, не обращая на драку никакого внимания...
Неожиданно Лиза поняла, что, сидя в машине, она попросту зря теряет драгоценное время. Хозяина "ниссана", наконец, выволокли и теперь пинали ногами прямо на мостовой. Лиза вдруг поняла, что многие из автомобилей впереди - просто пусты. Из этой пробки было не вырваться.
- Пошли, - решительно сказала она, глуша мотор и оставляя ключи в замке. - Нельзя здесь оставаться...
- Мама! - теперь-то Димка пытался заканючить. - Куда мы? А, мам?
- Вперед, не разговаривай.
По тротуару валила возбужденная толпа. Черный дым разъедал глаза. Лиза кашляла, позволив толпе тащить и себя, и Димку в своем чудовищном потоке. Главное было - не выпускать его ладони. Не выпускать...
За поворотом какие-то люди штурмовали супермаркет. Здесь тоже кого-то били. Какую-то крепкую бабу с мешком.
- Я те дам, паскудина! Весь хлеб потаскала! - кричал мужик лет сорока, обрушивая удар на лицо тетки, которая, хоть и лежала на асфальте, но мешка из рук не выпускала.
- Куда вуки тянеф? Отпуфти! - Тетка плевалась золотыми коронками, но ноши из рук не выпускала.
В супермаркете стоял чад, кто-то кричал. Что-то горело. Люди толкались, падали. По их телам топтались. Откуда-то из дальнего конца зала, слышалась стрельба, на которую, впрочем, никто не обращал внимания.
На полу лежало тело в камуфляжной униформе. Магазинный охранник.
Какие-то мужики дрались за сетчатую тележку, заполненную, насколько могла разобрать Лиза, подсолнечным маслом.
И крысы.. . Они сновали здесь же, среди людей, нападая на обессилевших и упавших.
Со стороны мясных рядов бежал какой-то дядька. Он пытался отодрать от себя крысу, что вцепилась ему зубами прямо в нос.
- Туда! - крикнула Лиза, таща Димку в отдел бытовой химии и предметов гигиены.
По счастью, почти пустой. Лишь некая баба проворно закидывала в тележку рулоны туалетной бумаги.
- Вот, вот то, что нам надо. Дима, развязывай рюкзак!
Освежители воздуха стояли и валялись на полках. Лиза хватала их и бросала в рюкзак: хвойные, апельсиновые, мятные и еще черт-их-знает-какие.
Совсем недалеко, рядах в трех-четырех от них послышался взрыв. Полетели на пол прилавки. Заорали люди.
Лиза вновь схватила Димку одной рукой, другой держала рюкзак. Надо было вырываться отсюда.
Толпа крушила прилавки, окна. В дверях образовалась немыслимая толчея. Какой-то здоровенный дядька, к чьей шее присосались, подрагивая хвостами, сразу две крысы, обрушивал тележку прямо на окно. Хлопнуло и со звоном осыпалось стекло.
- Бежим! - крикнула Лиза.
На улице он, наконец, поняла, что означает выражение: из огня да в полымя. Вокруг происходило что-то невероятное.
***

По улице - вернее, достаточно узкой полоске тротуара бежали люди. Неисчислимая человеческая масса. Бежали менеджеры в дорогих костюмах, их галстуки сбились в стороны, а прически оказались растрепаны. Спотыкаясь, ковыляли на высоких каблуках офисные девушки. В большинстве своем они были обречены и, кажется, догадывались об этом. Продирались локтями люмпены. Людской поток влек за собой и группку молодых людей. Наверное, студентов. Те, по всей видимости, достаточно успешно старались убедить себя в том, что не происходит ничего страшного. Над толпой звучал их натужный смех. Звучал диссонансно и даже кощунственно.
- Мама, куда мы? - Димка, по всей видимости, уже устал от обилия новых впечатлений. Теперь он не говорил, а хныкал.
<Если бы я знала это сама>, - подумала Лиза. Вслух же сказала:
- В безопасное место.
С какого-то момента движения, Лиза увидела, что путь толпы, ее течение определяют вооруженные милиционеры в круглых касках. Все они были на нервах, один нервно матерился в рацию. Над толпой разносился усиленный мегафоном голос:
- :няем спокойствие: родёрство и грабеж будут жестко пресекаться: твлена эвакуация в безопасные места до завершения дератизации: дежурит бригада медиков: порядок и спокойствие:
На противоположной, каким-то невероятным образом очищенной от людского присутствия, стороне улицы щерился клыками разбитых стекол магазин бытовой техники. Валялись разбитые и покореженные корпуса телевизоров.
<Поразительно, как быстро мы дичаем, - подумала Лиза. - Ведь еще вчера вечером все было чинно и благопристойно. Да и зачем, спрашивается, крушит телевизоры? Они-то тут при чем?>
Впрочем, один телевизор уцелел. Огромный. плазменный - сейчас он транслировал взволнованные лица дикторов Останкино. Голосов слышно не было. Телеведущий был откровенно взлохмачен и, кажется, даже пьян. Его напарница держала себя в руках.
Ровно до тех пор, пока откуда-то сверху ей на голову не прыгнула отвратительная серая крыса. Камера еще успела показать ее лицо, искаженное судорогой внезапного ужаса. Мельком и словно бы под углом показали и ведущего, который все сбрасывал, сбрасывал с себя клыкастых тварей, но тех становилось все больше.
По экрану пошли помехи.
Издалека, спереди послышались выстрелы. Затем что-то гулко ухнуло и взорвалось. Менты в касках истерично и беспорядочно кричали друг на друга. Большинство из них помчалось туда, в сторону взрыва.
Грохнул второй:
Толпа снова пришла в движение.
- Бежим, - сказала Лиза Димке.
Они пронеслись мимо оцепеневшего от изумления молоденького мента и ввинтились в бесконечный автомобильный затор. Сзади кто-то кричал. Доносился сухой треск выстрелов.
Отдышаться они с Димкой остановились в арке, перегороженной металлическими воротами.
- Мама, а куда мы бежим? - задал Димка уже надоевший вопрос.
<Ну, давай же, имей мужество признаться>, - сказала себе Лиза.
- Я не знаю, Дима.
- Зато я знаю! - не без самодовольства сказал он.
- Что ты знаешь?
- Где нам надо прятаться от крыс.
- И где?
- Смотри: Они же живут на земле и под землей:
- Ну:
- В метро поэтому нам нельзя. Надо бежать в какой-нибудь небоскреб. Потому что чем выше от земли, тем меньше там будет крыс.
- Димочка, гений ты мой, - грустно усмехнулась Лиза.
- Мамуль, нам нужен небоскреб:
***

- Я бы с удовольствием отправилась туда, - вздохнула Лиза.
- Так пошли, мама!
- Мы туда не доберемся, - Лиза развела руками с улыбкой, которую сама иногда ненавидела. Так она вынуждена была улыбаться, когда Димка просил игрушку, но на нее не хватало денег. Жалкая была улыбка. - Ты же сам видишь, что творится на улицах:
- Мама, у нас получится! Я знаю! Знаю!
- Димочка, сейчас не лучшее время для того, чтобы мечтать. Мы, на всякий случай на <Фрунзенской>. К Москва-Сити мы можем добираться целый день:
- Мамуля! - Димка даже топнул ножкой. - Я знаю, как нам туда попасть. Знаю! Пошли за мной, и ты сама все увидишь!
- Ох, Дима:
- Или у тебя есть какой-то другой план?
Лиза, совсем уж в растерянности, выдавила на лицо улыбку в разы беспомощней предыдущей.
- Нет, Димочка. Никакого другого плана у меня нет.
- Так пошли!
Сын легко и уверенно вел ее сквозь дворы. Где-то была стрельба. А в одном из дворов им чуть ли не прямо на голову посыпались осколки оконных стекол.
Эти места Лиза знала лишь приблизительно. Они располагались достаточно далеко от их дома, и сюда они с Димкой забредали лишь изредка. Да и то, двигались по улицам. В сами дворы не заходили.
Лиза сомневалась, будто Димка знает, что им делать. Хотя он был в своем роде уникальным ребенком. Можно сказать, что даже вундеркиндом. Например, он, совершенно играючи, угадывал вопросы, которые задавали в передаче <Что? Где? Когда?>. Димка почему-то всякий раз знал, что лежит в <черном ящике>. А вот знатоки - не всегда. Даже импозантный Друзь:
Впрочем, на школьной успеваемости эта Димкина способность никак не сказывалась. Почерк у него был отвратительный и небрежный. Сам себя ее сын называл хорошистом. Хотя, если смотреть правде в глаза, Димка был скорее троечником.
Он не всегда был таким выдающимся. Только сейчас Лиза припомнила, что угадывать сложные телевизионные вопросы ее сын стал, кажется, после того, как переболел тем самым <крысиным> гриппом.
Хотя какое это имело значение сейчас?
В одном из дворов они увидели, как к скамейке шатающейся, развинченной походкой приближается мужчина в черной униформе, с эмблемой охранного предприятия на рукаве. Еще вчера Лиза подумала бы, что он - смертельно пьян. Но сейчас видела, что тот просто истекает кровью. Кровь толчками выливалась из раны в животе. Наверное, мужику было очень больно, но он находился, как ни странно, в сознании. Левой рукой он размазывал кровь по одежде и время от времени подносил перепачканную ладонь к лицу, словно не веря.
- Суки, - хрипло стонал мужик. - Сучары:
В правой у него был пистолет.
- Пошли, мама! - тянул Лизу Димка.
Но Лиза не могла сойти с места. Она стояла и, как зачарованная, смотрела на раненого. Кто это, интересно, его так? Явно ведь не крысы. Кто-то из своих, людей. Но за что, Господи?
Мужик в черном вдруг застонал и выронил оружие. Теперь он обеими руками держался за живот и глухо выл, должно быть, терзаясь от невыносимой боли.
Пистолет - огромный, страшный и грубый - совсем не такой, не игрушечный, как в милицейских сериалах, лежал на заплеванной земле, среди пропитанного кровью тополиного пуха.
- Мама, возьми, - неожиданно серьезно, по-взрослому, сказал Димка.
- Да, - Лиза встряхнулась. - Да, да:
Что же это на нее нашло? Уже несколько покойников за сегодня видела. Почему же этого так жалко? Впрочем, наверное, дело было не в жалости вовсе. Просто столько жути за один день: Который, к тому же, еще и не кончился:
Но сынишка был прав. Лиза присела, подняла пистолет - страшный, мужской, тяжелый. Быстро развязала Димкин рюкзачок, положила оружие туда, на всякий случай под флаконы с аэрозолями.
***

- Туда! - вдруг сказал Димка, и с совсем не детской силой поволок Лизу за собой.
Через скамейки, детский городок, минуя мусорные баки, на которых, уже не скрываясь, совершенно безбоязненно, пировали крысы.
Лиза шла следом за ним, совершенно бездумно, двигаясь, будто щепка, плывущая по воле волн. Она думала о том, что Димка как-то вдруг, как-то неожиданно, меньше, чем за день, повзрослел. Он ведь - уже не мальчик, а маленький мужчина, ощущающий себя вправе руководить и направлять слабую, уставшую женщину, которая, того и гляди, с истеричным облегчением хлопнется в обморок.
Димка вел ее вдоль внутренней, обращенной во двор, стороны длинного семиэтажного дома давней, еще сталинской постройки.
- Быстрей, мама! Быстрей!
- Димочка, - вздыхала она на бегу. - А куда мы так торопимся?
- Увидишь! Только надо торопиться, а то не успеем.
- Да что ты несешь, маленький, - вздохнула она и вдруг спросила то, что подспудно и невысказанно интересовало ее: - Откуда ты об этом знаешь?
Димка на мгновение остановился и провел свободной ладонью у себя перед лицом.
- Мама, я это вижу: Вижу, да: Ну, как ответы к <Что? Где? Когда?>.
Он опять устремился вперед, чуть ли не срываясь на бег. Лиза едва поспевала за ним.
Ее мысли усиленно заработали. <Что? Где? Когда?> : Способности угадывать ответы появились у Димки после: После гриппа: Который пришел, как говорили, от крыс. Которые:
Да могло ли такое быть? Ведь и они тоже - словно поумнели. Ну, или обнаглели. И - Лиза сама это видела - стали нападать на людей, построившись в шеренги.
<Да ну, - отогнала Лиза неожиданную, и от этого пугающую мысль. - Не может этого быть!>
Но беспощадный внутренний голос отвечал, что - может. Что это уже есть:
- Сюда, мама! - крикнул Димка, выволакивая ее на забитый брошенным транспортом Комсомольский проспект.
Там, напротив громады МДМ, близ магазина <Медицинская книга>, толпились люди. Разъяренные, напуганные, истошно орущие, толкающиеся.
А в самом центре толпы стоял вертолет, медленно вращающий лопастями пропеллеров. Люди орудовали локтями, стремились попасть туда, к механической, гигантской стрекозе. Напор толпы сдерживали милиционеры. Лиза еще не видела их, но понимала, что долго они не простоят. Минута-две, и толпа просто сметет их.
А над людьми разносился мужской голос:
- Граждане, не толпитесь! Да не толкайтесь! Все успеем эвакуироваться! Соблюдайте организованность!
- Да пошел ты! - крикнул кто-то из толпы.
Лиза, не обладая и толикой Димкиных способностей, прекрасно понимала, что человек с мегафоном лжет. Что этот вертолет - быть может, единственный шанс унести ноги от разъяренных крыс для большинства этих людей. Да и для нее самой.
- Пропускаем вперед женщин с детьми! - надрывался человек. - Женщин: Стариков:
- Братва, да хули мы его слушаем! - вдруг раздался другой надсадный голос. - Хуй они о нас потом вспомнят. Пошли отобьем вертолет:
- Назад! Я сказал назад! - неслось из мегафона. - Следующие транспорты вскоре прибу:
- Вали ментов, ребзя!
- Вали! Вали! Пидоры серые! Сами, небось, эвакуировались:
- Повторяю: пропускаем женщин с детьми и стариков: В противном случае будет открыт огонь на поражение:
Лиза поняла, что, если она сейчас не попадет на вертолет, ее растопчут. А, если и не растопчут, то убьют. Не крысы, так люди:
Лиза стала продираться сквозь толпу.
- Пустите! Пустите! Я - с ребенком!
Однако голос ее тонул в общем гомоне. Более того, ее пихали локтями.
- Вот сучка! Людям из-за тебя места не хватает:
- Я - с ребенком!
Перед Лизой вдруг выросла мощная тетка, типичная, как показалось Лизе, рыночная торговка - крепкокостная, с суровым лицом. Она схватила Димку за свободную руку, дернула так сильно, что Лиза выпустила сына.
Не оборачиваясь, торговка поволокла Димку за собой.
- Эй! Пустили быстро! Я с ребенком! - Голос у этой торгашки оказался куда более зычным, чем у Лизы.
И толпа нехотя расступалась.
- Мама! - кричал Димка.
- Дима! Отпусти ребенка, тварь!
Но похитительница оборачиваться и не думала.
Сердце захлестнуло внезапной болью. Только сейчас Лиза поняла, что теперь-то точно - все пропало. Хотя, может быть, Дима и спасется. Его отвезут - но куда? На военную базу? В один из небоскребов Москва-Сити?
Димка, уволакиваемый чужой теткой, уже почти пропал из вида. Его уже отделял от мамы целый частокол рук, ног, спин.
- Димочка! - беспомощно скулила Лиза, прекрасно зная, что напрасно теряет силы. Никто ее не услышит.
Но тут впереди, уже почти у самой линии милицейского оцепления, стало что-то происходить. Лиза вдруг увидела, как сын впивается зубами похитительнице в запястье, трясет головой, одновременно скидывая со спины школьный рюкзак. Она видела, как тетка, рыночная мерзкая дрянь, бьет его по голове. Но Димка уже запустил руку в рюкзак и достал оттуда...
- Господи! Димочка! Ты что делаешь?!
Немыслимым усилием Лиза продралась ближе.
Она могла уже видеть Димку, который двумя руками держал тяжеленный пистолет, приставив его ствол тетке к животу.
- А ну, отпусти меня к маме:
Лиза слышала его голос.
- Ну, ты и гаденыш, - Тетка злобно прищурилась, замахнулась.
И тут на нее налетела Лиза. Она отдавала себе отчет в разнице весовых категорий. Тем не менее, ей удалось немыслимое. Она сбила гадину с ног и сейчас с каким-то поистине зверским наслаждением полосовала гнусную в потеках жирной косметики, физиономию.
- Мама! Мама! Оставь ее! - услышала она Димкин голос. - Пошли быстрее!
Остаток пути к линии оцепления прошел словно в беспамятстве. Впрочем, был этот остаток не долог.
- Так, гражданка, вы с ребенком, - Деловито обратился к ней моложавый милицейский офицер. - Хорошо, идите к вертолету. Все, скоро взлетаем. Да, и оружие ваше сдать придется:
Толпа негодующе взревела.
Протиснувшись в заполненное под завязку нутро вертолета, Лиза ощутила что-то вроде неловкости. Ей почему-то было стыдно перед той теткой. Она-то, Лиза, выживет. Но и та баба жить хотела. Впрочем, эти мысли достаточно быстро улетучились, стоило только Димке посмотреть ей в глаза.
- Мы спаслись, мама! Я же говорил!
***

Как завороженная, Лиза смотрела на Москву сверху. Такой столицы она еще не знала.
Она видела дороги, забитые брошенными автомобилями.
Здания, из окон которых валил плотный черный дым.
Стихийные баррикады, и люди в камуфляже, идущие на приступ.
<Господи Боже! Зачем сейчас воевать?> - думала Лиза.
Гигантская статуя Петра I была окутана дымом в багровых сполохах.
Может быть, благодаря тому, что пылал метромост на Воробьевых Горах.
Где-то около университета раздался гулкий и громкий хлопок. А затем вырос и раздулся шар огня.
- Из огнемета захуячили, - констатировал один из ментов.
Вертолет заложил крутой вираж, и стала видна конечная цель путешествия - башни небоскребов Москва-Сити.
Лиза покосилась на Димку. Тот, не без самодовольства, но очень-очень искренне, улыбнулся и, дурачась, сделал указательным пальцем и мизинцем <козу>.
- Так, граждане пассажиры, - обратился к беглецам моложавый офицер милиции. - Мы с вами прибываем на временный эвакопункт. Большая просьба: не разбегаться, досконально следовать инструкциям компетентных лиц. Ну, и вообще, базар-вокзал не устраивать.
Стальная стрекоза заходила на посадку на крышу одной из башен. Там уже стояли и размахивали руками какие-то люди:

Давайте-давайте! Пошевеливайтесь! - деловито командовал милицейский офицер, когда вертолет приземлился на крышу небоскреба. - Вы-то уже приехали, а у нас все только начинается.
- Здесь есть крысы? Есть? - допытывалась у него какая-то женщина.
- Я не знаю, - развел руками милиционер. - По идее: Вроде бы отсюда сигналов на пульт не поступало. Но на деле - никто не знает. Скажем так, что опасность нападений не исключена.
Заплакал какой-то ребенок: <Домой! Домой хочу!> Лиза почувствовала, как Димка крепко сжал ее руку.
Лиза шагнула на раскаленное от солнца гудроновое покрытие и ощутила, как кружится голова. Крыша казалась такой маленькой на фоне раскинувшегося внизу огромного города. На секунду у Лизы возникло ощущение, что она, вместе с Димкой, стоит на крохотном кончике иглы, устремленной в пустоту.
- Главное, соблюдаем организованность, - продолжал офицер. - Не разбегаемся, держимся вместе. Сейчас вас отведут на временный эвакопункт, где вы пробудете до тех пор, пока: кхм: чрезвычайная ситуация не подойдет к концу.
Спуск в здание располагался в небольшом строеньице, похожем на бойлерную или на гараж. Высотой примерно в два Лизиных роста - на общем фоне небоскреба строение казалось, тем не менее, миниатюрным.
У входа стояли хмурые эмчеэсники, врачи.
- Я понимаю, что у многих из вас там, внизу, остались родные, близкие, - продолжал офицер. - Но, пожалуйста, не пытайтесь выйти из здания. Это очень опасно. Мы сделаем все для того, чтобы спасти ваших близких и справиться с: э-э: с бедствием. Никакой самодеятельности. Как бы вам ни хотелось и как бы вы ни переживали:
<А он симпатичный, - вдруг подумала Лиза: - Жаль, что я не разбираюсь в погонах. Кто он по званию? Лейтенант? Или капитан, может быть?>
Однако в следующее же мгновение она одернула себя. Вообще-то, мир вокруг рушится, а она, получается, на мужиков заглядывается.
Офицер словно перехватил ее взгляд (а, может, так на самом деле и было) и улыбнулся уставшей, ободряющей улыбкой.
Вместе с толпой женщин и детей Лиза направилась к спуску в здание. Напоследок все-таки оглянулась.
Стальная стрекоза, рокоча моторами, оторвалась от поверхности крыши и взмыла в воздух, словно подпрыгнув.
***

Против ожидания, внутри строения-бойлерной оказалась вовсе не лестница, а длинный полутемный коридор, который шел не прямо, а по дуге, словно обвиваясь вокруг чего-то большого. По сторонам коридора располагались белые, пластиковые, наглухо закрытые двери.
Эмчеэсники провели беглецов в одну из дверей, с изображением-петроглифом бегущего человечка. За ней действительно оказалась лестница - на редкость непритязательная для такого помпезного и огромного здания. На одной из площадок стояла цилиндрическая урна-пепельница.
Лестница вывела в просторное фойе, отделанное белым пластиком. У стен стояли кресла, несколько столиков и кадки с пальмами. Одно из кресел тут же заняла молоденькая испуганная женщина с грудным ребенком. В другом затеяли какую-то возню детишки.
- Иди к ним, - сказала Лиза Димке.
- Да ну, малышня:
Лиза, как ни была испугана, все-таки улыбнулась. В присутствии <малышни> ее сын обычно начинал важничать.
Но дело, как неожиданно поняла Лиза, было не только в возрастных различиях.
- Что-то случилось, Димк?..
- Да нет:
- Димочка, не темни. Говори, что не так?
Она могла бы соврать, сказать, что они скоро вернутся домой. Но врать ребенку? Даже во благо? Лиза никогда не была сторонницей такого подхода к общению с детьми.
- Мам, мне здесь не нравится: Здесь плохо:
- Ну, потерпи уж. Что как маленький себя ведешь?
- Я не маленький. Просто здесь будет плохо, мам.
- Так, Дима, прекращай, - строго сказала Лиза. - Развел тут нюни:
- Это не нюни:
А между тем в холле начинало что-то происходить. Из больших - стекло и пластик - дверей в дальнем конце холла вышли трое мужчин. Двое - в светло-зеленом камуфляже, и один - видимо, самый главный - в черном костюме, криво и угловато сидевшем на могучих плечах.
Здоровяк в костюме направился к седоватому эмчеэснику.
- Так, это что здесь? - спросил человек в костюме.
- Эвакуированные, - ответил эмчеэсник. - Женщины. Дети: Бедствие в городе.
Лиза вспомнила, что когда она выходила из вертолета, седоватый показался ей крупным мужчиной. Но тип в черном костюме был выше, наверное, на целую голову.
- Я понимаю, - кивнул мощным подбородком тип в костюме. - Но мы тут при чем?
- То есть как? - удивился эмчеэсник. - Беда всех касается:
- Слушайте, не надо мне вот этой вашей патетики, - поморщился мужик в костюме. - Здесь - закрытая территория, частная фирма. Если вы приглашены, покажите ваши пропуска. Если нет, покиньте территорию:
- Давайте без формальностей, - ответил седоватый. - В городе катастрофа. Эти люди нуждаются в убежище:
- И при чем тут мы? - парировал здоровяк в костюме. - Вам назначено? Нет? До свидания:
- Ладно, что я с вами разговариваю. Как увидеть вашего босса? - спросил эмчеэсник.
- Его нет - это первое. Ну, и второе - он вас не ждет.
Среди женщин поднялся ропот. Заплакал какой-то ребенок. Несколько мамаш обступили громил, кричали. До Лизы доносились слова: <Совсем ни стыда, ни совести!>, <Вот мать свою ты бы тоже так выставил?>
Тип в костюме немного смягчился.
- Я все понимаю, - сказал он. - Да, в городе беда. Вам негде укрыться. Но и вы меня поймите. Я здесь работаю. Никаких директив от руководства я не получал. Будут директивы - входите. А сейчас - будьте добры, на выход.
- Никуда мы отсюда не уйдем! - закричала какая-то женщина. - И только попробуй руку на меня поднять! Я тебе глаза твои бесстыжие выцарапаю:
- Да поймите же, - горько усмехнулся эмчеэсник, - катастрофа в Москве, во всем мире беда: А вы всё какие-то предписания исполняете.
- Вы меня тоже поймите, их никто не отменял, - Тип в костюме вроде бы бесстрастно смотрел в глаза эмчеэснику.
- Если с этими людьми что-то случится, это будет на вашей совести, - вмешался какой-то врач.
Словно подтверждая его слова, стала кричать молоденькая девочка, стоявшая около кадки. Сейчас она ухватилась за мохнатый ствол пальмы и стонала. За другую руку цеплялась девочка - лет трех. Только сейчас Лиза, обычно внимательная к деталям, заметила, что у молодой мамочки выпирает живот, выдававший немалый срок беременности.
- Вы мне на совесть не давите. Я по-человечески вас понимаю. Но, как лицо, исполняющее свои должностные обя:
- Ну, и козел же ты, братишка, - перебил его эмчеэсник.
Жлобы в камуфляже синхронно положили руки на кобуры. Тип в костюме успокаивающе поднял руки.
- Спокойно, - сказал он. - Давайте сохранять спокойствие. Впустить я вас не могу, не в моих полномочиях. Давайте разойдемся на этом.
- Чертям в аду будешь говорить <Давайте разойдемся!> - закричала еще одна женщина. - Девочка рожает: Хоть ее впустите.
- Не могу, - говорил тип, пятясь в сопровождении камуфляжных. - В конце концов, в здании много организаций. Почему именно наша:
Его слова тонули в гуле возмущения. Атмосфера в холле стремительно накалялась. Крики доносились уже отовюду.
- Мама, - дергал Димка Лизу за руку. - Давай пойдем отсюда. А, мама? Здесь плохо, плохо:
<А ведь он прав, - подумала Лиза. - Действительно, какого черта мы тут делаем?>
Она вспомнила, что с самого утра ни у нее, ни у Димки еще маковой росинки во рту не было. А ведь скоро обед. Здание-то огромное. Должна же здесь быть какая-нибудь кафушка? Может быть, им даже повезет, и она окажется рабочей? Все лучше, чем стоять на месте:
- Пошли, - решилась она. - Пошли отсюда, на самом деле:
***

Когда Лиза вместе с Димой направились к лестнице, к ним бросился тот самый, седоватый эмчеэсовец.
- Подождите, куда вы уходите?
- Вы хотите запретить нам? - усмехнулась Лиза. - Как интересно:
- Но вы же слышали: Вы же слышали, что сказал капитан:
<Значит, все-таки капитан>, - отметила про себя Лиза, вспомнив симпатичного милиционера.
- Ну, слышала. И что теперь?
- Нельзя расходиться, как вы не понимаете:
Эмчеэсовец выглядел просто жалобно.
- Я все понимаю, - отрезала Лиза. - Но: Кстати, как вас зовут?
- Валерий Петрович:
- Очень приятно. Я - Елизавета. Так вот, Валерий Петрович: У меня и моего ребенка с самого утра маковой росинки с утра не было. Мы хотим поискать, где нам поесть, только и всего. А потом мы вернемся. Если вы так этого хотите:
- Один из следующих рейсов доставит припасы:
- Вы сами в это верите? - перебила Лиза и вдруг подумала, что она, пожалуй, слишком жестока к этому человеку, судя по всему, неплохому, и тут же поправилась: - Ну, хорошо. Допустим, доставят. Но когда это случится?
- Елизавета, послушайте. Обстановка нестабильная. Нельзя расходиться, создавать сложности:
- И что? Мне теперь считать себя военнопленной? Пойдем, Дима:
У двери на лестницу она обернулась. Валерий Петрович провожал их взглядом, в котором читалось что-то вроде сожаления.
Уже сходя по ступеням, она подумала, что, может, стоило воспользоваться лифтом? Однако делать это было, пожалуй, опасно. Особенно в условиях всеобщей катастрофы. Могут отключить электричество. К тому же Лиза помнила того, искалеченного крысами, мужчину в лифте дома, где она жила.
Вряд ли она скоро решится на поездку в лифте.
Этажом ниже она увидела металлические двери с мигающим красным огоньком индикатором. За дверью раздавался какой-то шум. Глухо матерились мужские голоса.
<Баррикады, что ли, строят? - подумала Лиза. - А почему бы и нет, в самом деле?>
Никакой кафушки здесь явно не было.
Вход на следующий этаж преграждала пластиковая дверь. Лиза нажала на рукоятку и дверь поддалась.
- Ну что, Дим Саныч, зайдем? - спросила Лиза.
Димка сосредоточенно кивнул.
Они оказались в богато украшенном холле. Вдоль стен громоздились антикварные стулья с гнутыми ножками. На самих стенах видны были красные, с золотом, вычурные обои.
В самом центре этого претендующего на роскошь помещения располагался рояль. Около него происходила драка.
Какой-то молодой человек в джинсах и футболке держал за волосы толстяка в костюме и бил его лицом о клавиши.
Инструмент издавал диссонансные дребезжащие звуки. Многие клавиши уже были измазаны кровью.
- Вот тебе, гнида, твои увольнения! - с ненавистью цедил сквозь зубы молодой человек. - Вот тебе, мразина, система штрафов.
- Пошли-ка дальше, - Лиза решительно потянула сына за руку.
Внимания на них никто так и не обратил.
***

На следующем этаже Димка схватил Лизу за руку.
- Не надо, мама!
- Почему? - тихо ответила ему она.
На первый взгляд опасности не было никакой. Ну, подумаешь, два мужика стоят, курят.
Если не приглядываться. Вдруг Лиза заметила в руках у одного из них - крепыша в синтетической, невзрачной курточке - бутылку виски. Второй был долговязый, с узким и неестественно красным каким-то лицом. Даже, можно сказать, багровым:
- А что, хорошо заседаем, Михеич, - говорил узколицый, жадно, как-то по-наркомански глубоко, затягиваясь сигаретой. - Начальства нету. Если бы еще не крысаки эти:
- Отлично заседаем, - кивал крепыш в куртке. - Эх, еще телку бы какую:
Оба они синхронно посмотрели на Лизу, бесстрашно спускающуюся им навстречу.
Неожиданно стало понятно, что они - просто мертвецки пьяны.
Но если так, то где они взяли, например, виски? Значит, где-то здесь, рядом, есть кафе? Или ресторанчик:
Лизе было страшно. Но демонстрировать свой испуг она, конечно, не имела никакого права.
- Оп-па! - сказал крепыш Михеич. - А на ловца-то - и зверь: Девушка, как насчет прогуляться, попраздновать с джентльменами?
- Мама! - стиснул Димка ее ладонь.
- Спокойно, ничего страшного, - сказала ему Лиза.
Действительно, ей не раз приходилось отшивать подвыпивших парней. Удел всякой более-менее симпатичной девушки (тем более, что красавицей себя Лиза уже несколько лет, как не считала). Обычно отшить удавалось без лишнего шума и каких бы то ни было эксцессов.
Она как можно беззаботней улыбнулась пьяницам и спросила:
- Молодые люди! Не подскажете, где здесь какое-нибудь кафе? Ну, или что-то в этом роде:
- Ка-афе? - гундосо протянул узколицый. - А зачем вам, барышня, кафе? Добро пожаловать в наш офис. У нас и выпить есть. И немножко закусить: Так как?
- Нет, - ответила Лиза. - Спасибо. В другой раз:
- Ты с вертолета? - спросил Михеич, разглядывая ее достаточно бесцеремонно.
- А: Ну, да, - ответила Лиза, которую немного покоробило это вот тыкание.
- Ну, и чё ломаешься. Радуйся, что приглашают. Нах вы тут кому ввалились:
- Мама! - Димка уже почти кричал.
Алкаши преградили ей дорогу.
- Девушка, так, может быть, с нами? - взгляд узколицего стал пристален и зловещ.
- Вообще-то я, если вы не заметили, с ребенком:
- И в чем проблема? - сплюнул крепыш. - Гаденыш наверх пойдет. Ты с нами:
- Деловой какой, - ответила Лиза, пристально глядя ему в глаза. - А если я не хочу?
- А ты думаешь, мы тебя спрашивать будем? - ответил Михеич.
- Так, Дима, пойдем:
- А ну, стоять.
Крепыш попытался схватить Лизу за рукав куртки. Удалось вывернуться. Но тут предательский удар нанес узколицый. Его длинная, костлявая рука метнулась вперед, схватила Лизу за волосы.
- Мама! - вопил Димка.
- Димочка, беги, позови на помощь:
- Ты, Михеич, зачем нам с ней связываться? - спросил длинный, не выпуская, тем не менее, Лизины волосы. - Проблем не поимеем?
- Отпустите меня, сволочи, гады, отпустите!
Лиза пыталась ударить узколицего ногой, но промахивалась. К тому же волосы, упавшие на глаза, ограничивали обзор.
- Да там этих беженок, наверное, как грязи, - сплюнул крепыш. - Эй, кобылка, ты будешь брыкаться?
- Пшел вон! - закричала Лиза.
И вдруг ощутила, как по щеке жарким огнем растекается боль.
- Не смейте бить маму! - раздался откуда-то сверху голос Димки. - Отпустите ее!
- Тебя не спросили, - гоготнул Михеич. - Вали пока цел, недомерок.
- Убери руки, я сказала. Убе:
- Ты плохо понимаешь? - раздался гаденький голос длинного. - Расслабься и получай удо:
Сверху раздался тихий стук каких-то жестянок, шипение, и вдруг - вопль. По лестнице поплыл химический запах. Выпала бутылка виски.
- Ааа! - заорал Михеич, отпустив Лизу. - Ааа, бля! Блин, Гена, лови гаденыша. Он мне в глаза чем-то брызнул.
Конечно, сообразила Лиза, Димка догадался вытащить из школьного рюкзачка освежитель воздуха. Ай, молодец:
Теперь все решали доли секунды. Лиза пнула ослепшего крепыша в коленку. Угадала движение длинного, попытавшегося схватит ее за ворот куртки, сильно толкнула его в грудь. Тот рухнул на площадку, загораживаясь, словно щитом, непогашенной сигаретой.
И снова раздалось шипение. Димка выпустил струю прямо в алый огонек, который в одно мгновение разросся и превратился в настоящий факел.
Теперь Лизины враги вопили в две глотки.
- Чё орешь, дурак? - выл Михеич. - Хватай сучку, уйти не дай.
Но Лиза уже мчалась вверх по лестнице, подхватив Димку, перепрыгивая через три ступеньки подряд.
Сзади слышался гулкий топот ног, прерывистое дыхание. Чья-то рука пыталась схватить Лизу. Сердце стучало так, что грозило проломить ребра.
На площадке самого верхнего этажа сильная, грубая рука схватила Лизу сзади за воротник.
- Попалась, сука!
- Димка, беги! - прохрипела Лиза, чувствуя, что дыхания разом не стало. - Беги! Зови на по:
Крепыш развернул ее и ударил кулаком в живот. На несколько секунд Лиза ослепла от боли.
***

Секунды слепоты казались бесконечными. Это было странное ослепление. Лиза видела только мутные, какие-то словно белесые, контуры, прорезавшие темно-багровую пелену. Не хотелось поддаваться панике, но первобытный, заполошный страх прорывался наружу, как гной из запущенной раны.
<Что же делать? - думала Лиза. - Кому я нужна, слепая? И что будет с Димкой?>
Время растянулось, и Лиза каким-то шестым (или даже седьмым) чувством ощущала сбой в течении секунд.
На счастье, целую вечность спустя багровая пелена стала отступать. Лиза смогла различать то, что происходит вокруг.
Она увидела крепыша, его руку у себя над головой - держал за волосы, - увидела его кривой оскал. По лестнице поднимался, тяжело и одышливо, узколицый.
Димка: Димки не было.
- Ты, пизда, глаза мне чуть не выжгла, - шипел Михеич.
- Пес, - прошипела в ответ Лиза. По-другому, почему-то, говорить не получалось. - Пес:
Сильная рука Михеича потянула ее голову вниз. Лиза (время все еще было медленным) видела как к ее лицу, носу, глазам приближается колено, обтянутое грязной и вытертой джинсовой тканью. Колено, которое вот-вот нанесет страшный удар, за которым: Но нет, нет, не думать:
Раздался какой-то шум за спиной, и события неожиданно приняли совсем другой оборот. Колено, не дойдя до Лизиного лица считанных сантиметров, вдруг пошло обратно. А сам крепыш стал заваливаться назад. Сначала он тянул за собой Лизу, но мгновением позже его хватка разжалась, он выпустил Лизины волосы.
Это казалось невероятным, но крепыш падал.
- Лиза, прочь! - раздался сзади голос - мужской, властный.
Еще не осознав, кому именно принадлежит этот голос, Лиза отшатнулась, упала на бок, болезненно ударившись ребрами о края ступеней.
Сначала она видела только ноги, но потом, лихорадочно отползая вверх и в сторону, восприняла картину в полном объеме.
На помощь ей пришел тот самый эмчеэсник - Валерий Петрович. Лиза видела, как он нанес несколько резких, коротких ударов в лицо ее обидчику. Затем каким-то почти неуловимым образом Валерий Петрович оказался за спиной этого самого Михеича. Валерий Петрович крепко сжал ушные раковины коренастого, а секундой позже резко выбросил перед собой руки. Лицо несостоявшегося (хотелось в это верить) насильника впечаталось в побелку стены, брызнуло алым, как перезревший помидор.
Лиза видела и узколицего, который отступал вниз по лестнице, выставив перед собой ладони.
- Дядя, - бормотал он. - Не надо, дядя. Я-то при чем!
Валерий Петрович резким и уверенным движением отбросил крепыша, подпрыгнул. Лизе казалось, что тело ее спасителя будто бы подбросила вперед некая невидимая пружина. Он летел, как Джеки Чан из старинного фильма, вытянув перед собой одну - кажется, правую, - ногу. Тяжелая подошва ботинка врезалась узколицему в грудь. Тот охнул и полетел вниз по лестнице, уродливо, как поломанный Петрушка, кувыркаясь на ступенях.
В тот момент Лиза не ощущала ни облегчения, ни благодарности. Страх, до поры бывший где-то рядом, вдруг нахлынул и заставил ее тело трястись крупной дрожью.
- Я : я не знала, - всхлипывала она.
Эмчеэсовец, казалось, ничуть не устал и не выдохся. Он поднялся к Лизе, обнял ее за плечи.
- Не плачь, ладно: Обошлось, и хорошо. Я же тебя предупреждал.
- Я не знала: Не знала:
- Так и знай теперь, - отрезал Валерий Петрович. - Все, кончился порядок. Война теперь вокруг.
- Да, - всхлипывала Лиза. - Да: А Димка где? Что с ним?
- Все в порядке с ним. Он меня и позвал.
Неожиданно ее спаситель нанес сильный и страшный удар ногой по скорчившемуся на ступеньках крепышу.
- А тебя, падаль, если еще увижу, прибью сразу.
Лизин обидчик кивал головой и пятился на четвереньках. Кровь из разбитого лица заливала ступени.
***

В холле последнего этажа нашли убежище почти два десятка женщин и детей. Больше за один раз вертолет перевезти не мог.
Лиза только сейчас стала понимать, как же ей повезло, что она оказалась среди спасенных. Она не могла представить, что бы сейчас делала в охваченном паникой, стрельбой и пожарами городе. Куда бы повела Димку?
Да и так ли опасны крысы? - думала она. Может быть, их нападения оказались всего лишь тем маленьким толчком, который заставил хрупкую скорлупу благопристойного мира хрустнуть и разрушиться. И после этого у людей выплеснулась вся дикость, ненависть, вся злоба. Тут уже не надо крыс. Тех нескольких сцен, свидетельницей и участницей которых Лиза оказалась, было достаточно для того, чтобы посеять в ее душе сомнения в будущем привычной ей действительности.
Валерий Петрович и другие эмчеэсники организовали некое подобие обеда. Сначала в общий котел скинули то немногое, что было у спасшихся с собой: чипсы, шоколадки, печенюшки. Было и несколько бутербродов.
Лиза ощущала себя настоящей дурой, когда развязала Димкин рюкзак и предъявила огромное количество аэрозолей.
Несколько конфет, чипсов и печенюшек, доставшихся им на двоих, не утолили голод. Есть все равно хотелось. Желудок негодующе урчал.
У беременной в кресле отошли воды, и теперь она кричала, терзаемая схватками. Рядом с ней хлопотали медики, из тех, что встречали вертолет на крыше.
- Мама, я хочу уйти отсюда, - Димка опять принялся за свое. - Здесь плохо, мама:
Лиза вздохнула, погладила его по голове.
- Что ты предлагаешь, Дим Саныч? Мы уже пробовали спуститься. И чем это кончилось?
- Мам, а пошли на крышу? Там-то на нас никто не нападет:
Следовало признать, малыш был прав. К тому же зрелище рожающей женщины - не лучшее для второклассника.
Валерий Павлович хлопотал, помогая медикам.
- Мы отойдем, - сказала ему Лиза, улучшив момент.
- Опять, Елизавета? - нахмурился он. - На поиски приключений?
- Мы наверх хотим пойти. Какие там приключения? У меня: У меня ребенок задыхается:
Прости, Димка, за эту невольную ложь.
- Лиза, я повторю, что несу за вас всех ответственность, и не хочу, чтобы вы разбредались:
- Но там же нет никого.
- Ладно, - махнул рукой Валерий Петрович. - Идите:
:На крыше действительно дышалось куда легче.
Беззаботно жарило летнее солнышко. Город заволакивал черный дым. Откуда-то из соседнего небоскреба доносилась стрельба.
- Мама, что с нами будет? - спросил Димка.
Лиза всегда стремилась оберегать сына от лжи.
- Я не знаю, - пожала она плечами. - Я даже не могу предположить.
- Мам, я беду чувствую, - продолжал Димка.
- Господи, малыш. Как ты можешь что-то чувствовать? Глупости все это:
- Нет, - нахмурился Димка, какой-то небывало серьезный. - С теми людьми беда случится, скоро.
- Не неси фигню.
- Это не фигня, мама. Я: как бы это сказать: я это знаю, что ли:
А, может, просто взять его за руку и шагнуть вниз? И больше не думать о будущем? Да, конечно, будет больно. Но недолго. Всего секунду. Разбиться, наверное, по-любому лучше, чем оказаться, скажем, съеденными грызунами.
<Хотя это всегда успеется>, - с каким-то неожиданным весельем подумала Лиза.
- Мам, смотри! - дернул Димка ее за руку.
Он указывал куда-то в небо, где блестело ярко-желтое солнце.
- Вон там, мам: Видишь?
Вдруг Лиза поняла, о чем он говорит.
К зданию приближалась крохотная стальная стрекоза.
- Вертолет, - сказала Лиза. - Наверное, еще такие же, как мы, летят.
Была, правда, одна странность. Вертолет летел какими-то рваными зигзагами. Казалось, что пилот не то пьян, не то ранен. Не то просто плохо умеет управлять машиной.
Хотя кто знает, как выглядело со стороны их собственное прибытие сюда, состоявшееся, казалось, тысячу лет назад.
- Мама, я боюсь, - неожиданно произнес сын.
***

Димка схватил Лизу за руку.
- Мама, там плохие люди, - сказал он. - Нам надо уйти.
- С чего ты это взял, Дим Саныч?
- Я: не могу объяснить, мама. Я в этом уверен:
Лиза знала, что очень скоро почувствует себя дрянью и мерзавкой, но не могла сдержаться. Раздражение от этого суматошного, переполненного опасностями, дня надо было выплеснуть.
- Слушай, Дима. Я тебя уже один раз послушалась. Чем это кончилось? Вот мы сюда ушли. А тебе уже и здесь не нравится: Мы так и будем бегать туда-сюда? Может, просто с детьми побесишься?
Лиза хорошо знала Димку. Знала, как порой легко вывести его из себя. Как вырастет - порох будет, а не человек. В кого только такой?
Вот и сейчас в глазах у него встали слезки, которым Димка, тем не менее, не позволял вылиться наружу.
- Мама! Я знаю! Знаю: Там, в вертолете, плохие люди:
- Ты знаешь, мне они плохими не показались.
- Это не менты:
- Господи, Димочка. Кто тебя таким словам-то научил?
- Так сама телевизор смотришь:
- Не мен: Не милиция? - Душу вдруг кольнула тревога. - А кто тогда? Кто?
- Не вижу, - произнес Димка, глядя на приближающийся вертолет. - Вижу зло. Много зла.
- Господи, маленький, да что бы ты знал о зле:
- Мама, нам надо спрятаться. Ну, что тебе стоит? Пусть это будет, как игра: Если это окажутся хорошие люди, мы просто выйдем.
<А ведь он прав, - поняла Лиза. - И эмчеэсник Валерий Петрович прав. Кончились хорошие времена. Теперь - зло кругом. И война. Все враги. Доверять никому нельзя: Неужели Димка стал мудрее меня?>
- Мам, пошли. Иначе они скоро нас заметят:
Лиза послушно пошла за ним. В глубине души она все-таки ощущала себя дурой-мамашей, идущей на поводу у избалованного чада.
Но с другой стороны: Разве потеряют они что-нибудь, если укроются? Так, на всякий случай:
- А где нам спрятаться? - спросила Лиза.
Димка уже знал ответ на вопрос. Он уверенно вел ее к входу в здание.
- Разве в коридоре есть, где спрятаться? - удивилась Лиза.
Но сын вел ее вовсе не в здание.
- Если мы спрячемся за этой стеной, - сказал он, - нас могут и не заметить. Там выступ есть очень удобный.
Действительно, сразу за строеньицем уровень крыши понижался, и образовывалась ступенька примерно в метр высотой. Если скрючиться там, то:
То их, действительно, могут не заметить.
- А если ни увидят, что мы прячемся? - спросила Лиза.
Впрочем, она уже сама знала ответ на этот вопрос. В условиях войны такое поведение является единственно верным.
- Мы скажем, что хотели их напугать, - сказал Димка.
Вертолет стремительно вырастал в размерах, все громче становился рев мотора.
Перед тем, как сесть на крышу, вертолет совершил несколько неловких рывков. Сама посадка тоже показалась Лизе странной. Сначала стальная стрекоза коснулась поверхности крыши рядом колес с правой стороны. И лишь потом - тяжело, как пьяный великан, - вертолет восстановил равновесие.
Лиза не очень-то разбиралась в вождении летательных аппаратов, но эта посадка показалась ей больше похожей на падение.
Стальная махина села хвостом к ним. Маленький винт на хвосте замедлял вращение.
Лиза припомнила, что, когда они прибыли сюда, кабина смотрела на пристройку. Или нет?
<Что-то я загоняюсь, - подумала Лиза. - Если так будет продолжаться, то уже к вечеру я превращусь в параноидальную истеричку>.
Из кабины вертолета выпрыгивали люди. Было их немного. Шесть или семь человек. В основном мужчины. И лишь одна девушка.
И вот еще странность - в руках у этих людей было оружие.
- Что?! - прошептала Лиза, чувствуя, как по коже расползаются противные мурашки. - Кто это?
Вертолет был, вроде бы, тот же самый - с вытянутой, тупой мордой, похожий на муху. С двумя винтами над крышей. А, может, и не тот. Мало ли их, однотипных, выпускают:
Люди с оружием направились в ту сторону, где прятались Лиза и Димка. Их было семеро. Лиза, как завороженная, смотрела на устрашающего вида автоматы в их руках. Думала: <Зачем? Кто это?>
Она все еще полагала, что это - какая-то ошибка. Что вертолет с женщинами, детьми и милицией еще прилетит.
Но один из вооруженных людей сделал то, после чего все сомнения у Лизы отпали. Крепкий мужик в черной кожаной куртке гортанно вскрикнул, подбросил в воздух что-то темное, и нанес по этому предмету вполне профессиональный, футбольный удар.
Предмет полетел по направлению к Лизе.
Она скорчилась, обняла Димку, зажала ему рот.
Метрах в пяти-семи от них упала милицейская фуражка, тулья которой была залита чем-то бурым.
Хотелось закричать. И сдержаться стоило больших усилий.
***

О том, что случилось на этаже, Лиза узнала позже.
Вооруженные люди миновали коридор и вошли в холл, не поднимая шума. Двое из них технично перекрыли выход на лестницу. Один - седой мужчина с лицом, покрытым сеточкой мелких шрамов, выпустил автоматную очередь в потолок.
В холле воцарилась тишина. Даже роженица в кресле перестала вскрикивать. Смолкли дети, пятились женщины.
- Сохраняем спокойствие, - сказал человек со шрамами. - Если наши требования будут выполнены, мы никого не тронем.
Тоненько заплакал какой-то ребенок.
К седому протолкался один из эмчеэсников.
- Что здесь происходит? Что вы хо:
Седой кивнул головой, и один из его людей - молодой, бритый наголо, парень с эспаньолкой, подойдя к эмчеэснику сзади, выстрелил ему в затылок.
Женщины все-таки подняли крик.
- Вы же говорили, что не будете убивать! - надрывалась одна из мамочек.
- О, вы не так расслышали, - усмехнулся главарь. - Я сказал, что не буду убивать вас. Но из любых правил бывают исключения.
Его подручные схватили еще одного спасателя, поволокли через толпу к седому. Тот, почти не глядя, кивнул.
После второй расправы снова повисла тишина. Лишь тоненько плакал какой-то ребенок.
- Что с врачами делаем? - спросила единственная среди налетчиков девушка - коротко стриженая брюнетка в потертой кожаной куртке и джинсах.
- Ничего, - ответил седой. - Пусть работают.
Замигал датчик на двери, ведущей в офис. Затем дверь приоткрылась. Оттуда, в сопровождении мордоворотов, вышел давешний тип в костюме.
- Ребята, зачем стрельба? - с некоторым даже апломбом начал он.
Бандиты открыли огонь без всякого предупреждения. Пули попадали типу в костюме в шею, под подбородком. Падал тот медленно, из горла брызгали алые фонтанчики. Охранники пытались схватиться за оружие, но было поздно. Череп одного из камуфляжных взорвался, и на безупречно белую дверь офиса брызнула красно-серая масса. Второй все никак не мог умереть. В него стреляли три бандита сразу, а он все куда-то полз.
Седой кивнул головой, и четверо террористов бросились в офис. Еще двое - молодой с эспаньолкой и девушка - остались в холле. Девушка бросилась обыскивать погибших, извлекла из кобур оружие. Нашелся пистолет и мужчины в костюме.
Парень с эспаньолкой держал женщин и детей под прицелом.
- Без фокусов, - говорил он. Однако в его голосе все равно ощущался страх.
Откуда-то из глубины офиса донеслась стрельба. Впрочем, сколько-нибудь долго она не продлилась.
- Пересчитай их, - велел главарь бандиту с эспаньолкой.
Тот принялся выполнять приказание, шевеля губами и поводя дулом автомата.
- Шестнадцать, - доложил он. - Плюс два врача.
- Должно быть восемнадцать, - сказал седой. Повернулся к брюнетке: - Надя! О каком количестве людей говорил тот мент?
- Это которому мы пальцы резали, а потом с вертолета столкнули? - спросил бритый, дебильно ухмыляясь.
Главарь поморщился. Такая кровожадность помощника явно не приводила его в восторг.
- Восемнадцать, - ответила девушка.
- Значит, еще двое где-то прячутся.
Из офиса вышли бандиты.
- Все чисто, - доложил один из них.
- Отлично, - сказал главарь и обратился к заложникам: - Дамы и господа, мы переходим в офис фирмы:
Седой прервался и посмотрел на табличку над входом.
- <Оргтехника-Империал>, - прочел он. - Просьба соблюдать тишину, выполнять все наши указания. Мы не хотим убивать вас или причинять вам вред.
- Что делать с девчонкой? - спросил один из бандитов. - Она рожает:
- Диван внутри есть? - спросил главарь.
- Ага:
- Вот там и родит.
Врачи было пытались протестовать.
- Вы зря возмущаетесь, - сказал им седой главарь. - Не исключено, что в этом офисе есть аптечка, лекарства, перевязочный материал. Ей же, - он кивнул на измученную роженицу, - будет лучше.
- Я пойду на крышу, - заявила брюнетка.
- Сама справишься? - прищурился главарь.
- Обижаете.
- Хорошо. Дверь пока держим открытой:
Седой кивнул, и брюнетка направилась к лестнице, держа наготове автомат.
***

- Димка, откуда ты это почувствовал? - спросила Лиза, когда вооруженные люди вошли в здание. - Только не говори мне, что не знаешь:
Ее до сих пор трясло. Но при сыне она старалась не подавать вида.
- Ну: Я это видел, - ответил Димка. - Но не как по телевизору, и не как своими глазами:
- А как? Как?
- Как во сне. Что-то очень быстрое. И еще яркое. Знаешь, как в ужастиках бывает:
Пока Лиза силилась припомнить что-нибудь последнее, что она смотрела из этой чуши, Димка продолжал объяснения.
- Вот представь, в фильме герой: Ну, едет куда-нибудь на машине: И вдруг - р-раз! - и какая-нибудь морда страшная перед ним: Или там скелет:
- Кажется, поняла, - ответила Лиза.
- То есть, это - как сон, но это не сон, - пояснял Димка.
- Приплыли, - вздохнула Лиза. - Весь мир сожрали крысы, а мой сын оказался экстрасенсом. Ты случайно летать еще не умеешь?
- Нет. Летать не умею.
- И давно это с тобой?
- Ну, - Димка отвел взгляд. - С прошлого года. Помнишь, я болел?
- Еще бы не помнить, - ответила Лиза.
Грипп, выкосивший, казалось, подчистую всех крыс в прошлом году, зацепил и ее семью. Димка - ребенок общительный - умудрился где-то подхватить эту заразу. Из-за него в школе объявили карантин. Но обошлось. В больницу Лиза его не отдала, сама колола ему нужные антибиотики. Через полторы недели Димка выздоровел.
Оказалось, не до конца.
- Ты что-то видел и раньше? - нахмурилась Лиза. - Почему я не знала? Почему я все на свете о тебе узнаю последней. А, Дим Саныч?
- Ну, я не знал, как сказать: Помнишь Зинку Дубницкую? Ну, которая под машину попала:
- Помню.
История эта в прошлом году наделала много шума. Девочку, одноклассницу Димки сбил автомобиль. У самого дома. На родительское собрание потом приходили гаишники
- Я видел, как это будет:
- А почему не предупредил?
- С чего ты взяла? Предупреждал. Только она не послушала.
- Господи!
- Ну, и сосед, дядя Толя, помнишь, ногу ломал?
- Помню, - сказала Лиза.
Она глядела на сына и понимала, что отныне не сможет относиться к нему по-прежнему. Конечно, она слышала и знала, что дети могут преподносить сюрпризы. Но ей казалось, что это относится к шалостям в школе или во дворе. Но чтобы неожиданности такого масштаба:
- Обещай мне, - сказала Лиза, - что когда ты в следующий раз что-нибудь увидишь, первой об этом узнаю я. Договорились?
- Мама, кажется:
- Ты снова что-то видишь? -встрепенулась Лиза.
- Ага. Вон там.
Лиза обернулась.
К их убежищу приближалась девушка с автоматом. Сомнений не было, она искала именно их.
<Что делать? - мысли и разум снова охватила паника. - Бежать? Куда?>
Вооруженная бандитка спрыгнула со ступеньки и нацелила автомат на Лизу.
- Так, встаем, - приказала она.
Лиза поднялась, ощущая и в теле, и в голове какое-то ватное, бессильное отупение.
Тыльной стороной ладони девушка сильно и хлестко ударила Лизу по лицу.
<Если так пойдет и дальше, - подумалось вдруг, - то к вечеру я буду похожа на Франкенштейна какого-то: Дожить бы только до того вечера:>
***

Лиза смотрела в глаза седому бандиту со страшным лицом в сетке шрамов. Она так вцепилась в Димку, что, кажется, причиняла ему боль. Ничего не могла с собой поделать. Что бы ни случилось, Димку она не отпустит:
Впрочем, главарь, несмотря на устрашающую внешность, был вежлив. Но это, каким-то странным образом, лишь усиливало чувство опасности, исходившее от него.
Они находились в коридоре офиса, в который их прежде не пускали. Лиза уже видела трупы в холле, сейчас смотрела на кровавые следы на полу. Откуда-то из глубины помещения доносился детский плач.
Ей было жалко погибшего дядьку-эмчеэсника. Наверное, его тело - то, у стены, с разнесенной выстрелами головой. Вот оно, значит, как на войне-то бывает. Только к человеку прикипишь, симпатией проникнешься, а его - уже нет:
- Мы не желаем вам зла, - говорил седой, ввинчивая свой взгляд в глаза Лизы. Взгляд был холодный, как у рыбы, и цепенящий. - Нам не нужна кровь. Если можно будет обойтись без нее, мы с радостью обойдемся:
Лиза машинально кивала, думая только о том, как бы не разрыдаться.
- Да, мы выдвигаем определенные требования, - продолжал седой бандит. - И они таковы, что по доброй воле согласиться на них практически невозможно. Однако сейчас, когда весь мир постигла катастрофа, поодиночке не выжить. К сожалению, немногие понимают это: Не ошибусь, если предположу, что большинство обитателей этого здания наглухо забаррикадировались в своих офисах. Не желая сотрудничать, помогать слабым. Или я не прав?
Бандит вдруг достал из кармана пачку сигарет, закурил.
- Дайте и мне, - Лиза сама удивилась своей храбрости.
- Конечно, - Вежливый террорист протянул ей пачку, поднес огонек зажигалки.
Голова закружилась и поплыла. Лиза вдруг вспомнила, что не курила с самого утра. Впрочем, и не хотелось как-то:
- Наша: э-э: наша организация хочет объединить всех обитателей этого здания для того, чтобы противостоять общему врагу. Нашему с вами врагу. Только вместе, консолидированно, мы сможем выстоять: Противостоять хаосу, мародерству, насилию.
- Но сами вы первыми убиваете людей, - не сдержалась Лиза.
- Я лично сожалею об этих жертвах. Но это было необходимое зло. Без которого, кстати, сказать, мы хотим обойтись в дальнейшем. Хватит крови, боже мой! Нам надо выжить, просто выжить сейчас, когда рухнул интернет, не работает мобильная связь, когда все города мира захлестнули паника и анархия. Мы просто поубиваем друг друга, а крысы лишь довершат то, что начнем мы. Пора положить этому конец. Хотя бы здесь, в одном отдельно взятом, здании. Разве вы не согласны?
- Ну: допустим: Но вы же могли просто объяснить. Зачем было стрелять?
- Мы вдаемся в излишние гуманистические дискуссии, - поморщился седой. - А они нам - совершенно ни к чему. Кстати, как вас звать?
- Лиза, - Головокружение вдруг сменилось тошнотой.
- Вам, уважаемая Елизавета, в нашем предприятии предстоит особо важная миссия. Вы станете дипломатом.
- Как, подождите: каким еще ди:
- Миссия несложная, - Седой усмехнулся, обнажив неприятные зубы. - Но, без сомнения, великая. Вы, Лиза, одна и без оружия, можете сделать то, на что у нас - вооруженных головорезов - уйдут дни, а то и недели.
- Что вам нужно? - испуганно спросила Лиза.
- Чтобы руководители (или, так и быть, представители) всех офисов этого здания собрались здесь. Разумеется, без оружия. Чтобы они открыли свои пластиковые и металлические двери, не вынуждая нас прибегать к осаде. Чтобы мы сели за стол переговоров и обсудили, наконец, как мы будем жить. Я мог бы потребовать у них деньги, но, догадываюсь, в новом мире они уже совершенно ничего не значат. Вот и все, что я хочу: Разве это плохое желание?
Лиза покачала головой:
- Если вы такие хорошие, выпустите заложников:
- Пока что это невозможно, - сказал бандит. - Дети, женщины, одна из которых рожает, - это очень сильный аргумент, который, надеюсь, вынудит всех этих офисных хомяков выбраться из своих уютных норок.
- Но почему: Почему я? - Лиза еще крепче вцепилась в Димку.
- Вы миловидны. Вас не портят даже эти синяки. Не сомневаюсь, что вы умны. Вы сумели спрятаться так, что вас даже не сразу нашли. Есть много доводов <за>.
- О боже, я же не смо:
- Сможете, - Бандит швырнул окурок на пол и растоптал. - Я в этом, знаете, даже не сомневаюсь. Ведь у нас останется ваш ребенок.
- Нет! - закричала Лиза.
А в следующий момент к ней подскочила брюнетка и отвесила еще одну звонкую оплеуху. Лиза инстинктивно прикрыла руками лицо. Кто-то из подручных седого тут же схватил Димку, поволок его в глубину офиса.
- Мама! - кричал Димка.
Но мама, ни жива, ни мертва стояла перед главарем бандитов.
- Не волнуйтесь. Ему ничего не угрожает. До какого-то времени:
- Что? Вы хотите его убить? - прошептала Лиза.
- Не хочу, - покачал головой бандит. - Терпеть не могу кровь. Но, если вы не будете выполнять мое задание, или выполните его недобросовестно, вашего сына мы убьем первым.
Ноги стали ватными, и Лиза ощутила, как пол становится ближе. Боли от удара она не ощутила. Просто лежала на полу и мечтала умереть.
Бандиты поднимали ее, усаживали в кресло. Кто-то из них даже протягивал стаканчик ледяной воды из кулера.
- Давайте теперь определимся со временем, - вкрадчиво продолжал седой. - У нас есть все основания полагать, что нижние этажи уже захвачены крысами. Но у нас остается еще сорок-пятьдесят этажей. Вы должны обойти их все. Проявите дар убеждения. Вы понимаете, чья жизнь стоит на кону. Думаю, что пяти часов вам на это вполне хватит. Хотя, конечно, придется поторопиться. На каждый этаж у вас будет не более шести минут. Но, я думаю, вы подберете правильные и нужные слова.
Лизу трясло как никогда сильно, а из глаз лились жалкие слезы.
- Нет! - шептала она. - Нет, я не смогу:
- Об этом, сами понимаете, не может быть и речи, - произнес седой. - Итак: Сейчас тринадцать часов восемнадцать минут. В восемнадцать-восемнадцать я должен видеть здесь, в холле, представителей организаций, расположенных в этом здании. Допускаю, что переговоры заладятся не со всеми. Но их должно быть не меньше сорока человек. Если их будет меньше, или если переговоры не состоятся, ваш сын умрет.
- Господи Боже! - рыдала Лиза.
- : и в таком случае дипломатическую миссию возьмет на себя кто-нибудь еще. Так что ступайте, Елизавета, время пошло.
Лиза со второй попытки поднялась из кресла. Ее никто не удерживал.
- Выход там, - Седой указывал на пластиковую дверь.
У самого выхода лежали три трупа - тех самых людей, что не пускали детей и женщин в офис.
- Ах да, - проговорил седой. - Я совсем забыл о вверительных грамотах.
Он присел рядом с телом одного из громил в камуфляже, достал из кармана нож с выкидным лезвием и:
Лизу замутило. Хоть как-то сдержаться она могла, только зажав рот ладонью.
- Держите. Да не бойтесь, ваша вверительная грамота не кусается:
Седой протягивал Лизе отрезанное ухо.
На ощупь оно было холодным и противным.
- Удачи, Лиза. У вас все получится.
Он мягко вытолкнул Лизу за дверь, которая тут же бесшумно закрылась за ее спиной.
На негнущихся ногах Лиза направилась к лестнице.

- Олег! - она вцепилась в его плечо. - Ты ничего не чувствуешь? Тут
есть кто-то!
- Что ты, глупая? - Олег погладил ее по щеке, оглянулся по сторонам.
Луч фонарика уже заметно поблек, в углах копилась чернота... - Ну кто же
тут может быть? Разве что зверюшка какая-нибудь от дождя забралась. Сейчас
мы ее выведем на чистую воду.
Он дотянулся до фонарика, желтый прозрачный луч рухнул на пол,
метнулся туда-сюда, и разлившийся под стенами сумрак вдруг ответил злыми
красными огоньками маленьких глаз - низко, от самого пола. Крыса. Крупная,
почти черная, вытянулась неподвижным столбиком, злобно пялится на слепящее
пятно фонаря... Истошно взвизгнула Ксюша, отпрянула, вжалась в стену. Олег
коротко оглянулся:
- Ну что ты, что ты! Испугалась? Нашла чего! Да мы ее, паскуду...
Его рука зашарила по полу, нащупала обломок кирпича. Крыса успела
шарахнуться за доли секунды до того, как осклизлый кирпич шваркнул по тому
месту, где она только что сидела. Горбатая тень шмыгнула к выходу, на
пороге запнулась, дернулась как-то нелепо и сгинула в дождевом мареве.
Некоторое время они молчали. Олег снова прилаживал фонарик на полу -
как раньше, лучом в потолок; потом гладил Ксюшу по голове, успокаивал.
Когда она перестала дрожать и всхлипывать, сказал:
- Давай спать.
Ксюша судорожно покивала, послушно полезла на развороченное лежбище.
Уже оттуда, из-под плаща, спросила вдруг:
- Слушай, а почему нечистая сила так любит заброшенные церкви?
Олег засмеялся - сухо, с трудом:
- Глупая! Вот глупая - крысы испугалась! Спи.
Ксюша зажмурилась, задышала медленно и глубоко. Ей очень-очень
хотелось и вправду уснуть, и чтобы сразу было утро, и чтобы солнечные
зайчики лежали на щербатом полу...
Олег тоже лег, но сперва глянул на то черное лицо на стене. Да какое
там лицо - чушь, просто мокрое пятно на штукатурке. Примерещилось...
А вот что крыса, перед тем, как под ливень выскочить, обернулась -
вот это, к сожалению, не примерещилось. Да не беда, если бы просто
обернулась. А то ведь она еще и кулачком погрозила...