Сегодня, когда мы слышим об отечественных продуктах в области компьютерных технологий, то, как правило, речь идет о брендированных китайских технических объектах — их часто называют английским словом «девайс», которые продаются под торговыми марками, зарегистрированными на территории стран СНГ.
А ведь так было не всегда. Eще в Советском Союзе выпускались ноутбуки, выполненные из собственных комплектующих. Кстати, одним из первых такой ноутбук собрали на НПО «Интеграл». Ныне это открытое акционерное общество — «отверточная сборка», а тогда выпускалась своя продукция, причем на уровне мировых стандартов.

В Минск, на перспективное производство, приехали работать даже выпускники престижных российских институтов. Зарабатывали на «Интеграле», по советским меркам, очень хорошо. В то время как 120 рублей считалась хорошей зарплатой, молодой интеграловский специалист получал 160—180 рублей. А в цехах высококвалифицированные рабочие имели и 200, и 250 рублей. Да и карьеру тогда делали без больших трудностей, было бы желание…
Отдел, где работали героини фотографии, возглавлял Вадим Шитов. Народ трудился с энтузиазмом, проявляя большой интерес к новым технологиям. От микросхемы до корпуса — все было полностью интеграловское.
— Так что нас по праву можно назвать первовопроходцами, — рассказывает Татьяна Дереченик, которую нам удалось разыскать. — Существовали цехи, где изготовляли микросхемы, а потом их собирали на платы. Впервые мы автоматизировали разводку печатных плат. Купили специальную программу «САПР» Саратовского НИИ. Затем наш отдел программистов адаптировал ее «под себя», и с помощью «САПРа» разводка стала занимать два дня! А раньше на нее уходило от трех недель до месяца. В общем, атмосфера была творческая, наполненная вдохновением для решения новых и интересных задач.
Биография Татьяны Дереченик во многом типична для молодого талантливого инженера той поры. Но обо всем по порядку. Окончила Минский радиотехнический институт по специальности «программист». Хотя, как вспоминает сама, всегда мечтала о медицинском. Почему выбор пал на МРТИ? Возможно, сказался авторитет физика-репетитора, который в 1979 году готовил ее к экзаменам. Он сказал тогда фразу, которая во многом предопределила выбор девушки: «Через десять-пятнадцать лет мир опутает всемирная паутина. Будущее — за электроникой!». По сути, учитель дал футурологический прогноз, который и оправдался через десяток лет.
О том времени Татьяна рассказывает охотно. Ездили на уборку картошки, это мероприятие сплачивало коллектив, способствовало тому, что люди становились душевно ближе, помогали друг другу в работе.

Когда наступил развал Союза и финансирование многих отраслей народного хозяйства фактически прекратилось, на предприятии пошло сокращение, в первую очередь под него подпадали замужние женщины. По горькой иронии судьбы Татьяна одновременно распрощалась и со страной, в которой родилась, и с родным предприятием. Многие толковые инженеры, тот же Вадим Шитов, поняв, что перспективы нет никакой, уехали в Россию.
«Я успела поработать кассиром в банке, затем устроилась в частную косметическую компанию, а последние 18 лет работала в успешной и престижной компании, — рассказывает собеседница.
Кстати, нам не удалось разыскать Маргариту Ткачеву, которая изображена справа на снимке. И если кто-то из наших читателей знает что-то о ее судьбе, будем рады, если сообщите об этом в редакцию. «В Советском Союзе «Интеграл» был создан для разработки и производства высокотехнологичных интегральных микросхем и полупроводниковых приборов, — говорит один из членов коллектива СКБ «Немига» Юрий Чаховский. — Предприятие создавалось на потребность оборонно-промышленного комплекса Советского Союза. Потом появились и гражданские заказы. Однако постепенно оно утратило былую мощь и конкурентоспособность. А жаль, ведь к 90-м годам на «Интеграле» уже сложилась научная школа, которая, если бы не развал СССР, смогла бы составить достойную конкуренцию в мире».
Кстати, большинство специалистов — «местного розлива». Кадры для «Интеграла» готовили в Минске, в БГУ, например, существовала сильная кафедра физики полупроводников. Сначала был один физический факультет с двумя отделениями — общей физики и радиофизики, а в 1976 году радиофизику выделили в отдельный факультет, он и стал главной кузницей кадров для «Интеграла». Нынешний генеральный директор Виталий Солодуха сам окончил именно факультет радиофизики. Кроме того, был радиотехнический институт, ныне Государственный университет радиоэлектроники и информатики, а также ряд факультетов в политехническом институте. В политехническом готовили и специалистов для экспериментальных машиностроительных предприятий, выпускавших уникальное, не идущее в серийное производство, оборудование для Министерства электронной промышленности СССР, в том числе и для «Интеграла».

«Электроника МС 1504», или просто ПК-300, был запущен в производство в 1991 году, а его разработка началась за несколько лет до этого.
В Советском Союзе с торговыми марками сильно не заморачивались. Все автомобили — это АЗы (МАЗы, КрАЗы, ГАЗы, ВАЗы), а вся электроника — это «Электроника».
Сейчас только старожилы и помнят, что под этой торговой маркой выпускалось практически все, имеющее в своем составе транзисторы и конденсаторы. Часы, калькуляторы, магнитофоны, телевизоры, видеомагнитофоны, карманные микропроцессорные игры, синтезаторы и масса других полезных советскому человеку вещей.
Как и положено крупной корпорации, торговая марка «Электроника» базировалась на нескольких предприятиях, располагавшихся у нас в Беларуси (НПО «Интеграл»), а также в Зеленограде (заводы «Микрон», «Ангстрем», НПО «Научный центр», Солнечногорске (Солнечногорский электромеханический завод), Ленинграде (завод «Светлана»).
Как видно из наличия в производственном цикле «Электроники» НПО, торговая марка не просто клепала ширпотреб, а делала свои товары на твердой основе советской науки.
Особым направлением деятельности «Электроники» были электронно-вычислительные машины (ЭВМ). Их ассортимент, конечно же, не сравнится с разнообразием у монстров, как HP или Dell, но для инерционной экономической машины СССР он был вполне масштабен. Одних микро-ЭВМ «Электроника» выпускалось более двадцати наименований! Как раз среди этой двадцатки микро-ЭВМ и скрывался первый отечественный лэптоп «Электроника МС 1504», в миру его называли ПК-300.
Глядя на «Электронику МС 1504», трудно поверить, что это отечественный продукт. Но факт остается фактом.
Снизу «Электронику МС 1504» украшала добротная советская марка. Специалисты считают, что нужно отдать должное «прародителю» данного ноутбука — лэптопу от японской компании Toshiba Т1100 Plus, который вышел в свет пятью годами ранее — в 1986 году. Именно он был взят за основу советской вычислительной машины. Тем не менее, инженеры сумели разработать аналоги практически всех компонентов данного ноутбука, что само по себе вызывает уважение.

Что же касается технических характеристик небольшого компьютера, выполненного в сером пластиковом корпусе, то они включают в себя процессор КР1834ВМ86, соответствующий модели Intel 80C86 с тактовой частотой 4,77 МГц, 640 Кб ОЗУ, которой, по заверениям Била Гейтса, должно было хватить всем, а также CGA-адаптер, способный выводить изображение в 16 цветах с разрешением 640*200 точек. Для хранения информации было установлено два 3,5-дюймовых дисковода, обеспечивающих поддержку 720 Кб дискет. Коммуникационный набор включал в себя параллельный порт типа ИРПР-М (интерфейс радиальный параллельный, модернизированный), который носил название ЦПУ-НСМД и использовался для подключения печатающего устройства цифрового типа или же внешнего дисковода. Также имелся COM-порт RS-232, видеовыход VGA и AV-порт для подключения стандартного телевизора с поддержкой NTSC.
Отдельно стоит упомянуть наличие кнопки «скорость», которая «разгоняла» процессор до частоты в 7,16 МГц. Такой мощности было с избытком для быстрой работы операционной системы MS DOS версии 3.2. Разрешение четкого жидкокристаллического экрана составляло 80*25 делений, что было удобно программистам того времени. Среди прочего, стоит отметить наличие русифицированного BIOS и дисководов TEAS.
…Несмотря на очевидную перспективность вычислительной промышленности, последовавшие после этого события 90-х годов практически полностью ее разрушили. Развал СССР решил судьбу и отечественных компьютеров. Импорт практически полностью заменил наши разработки. Предстоит ли нам увидеть технологический рывок, соизмеримый с тем, что произошел в конце 80-х? Поживем — увидим…