Я не знаю как назвать этот пост, Но вы охуеете.
Как мы вчера с подругой охуели. Я не знаю с чего начать: с хорошего, или с пиздеца. Наверное начну с пиздеца, чтобы в это понидельничье утро вы взбодрились, потому что то, что вы увидете - взбодрит кого угодно.
Если вас это не удивит, дайте знать, я хоть буду в курсе кто тута у нас прожженый хипстер.

Не давеча как вчера мы вечером с подружкой пошли гулять и как это часто у меня случается - я отлично нахожу места в любом городе и мегаполисе, где совершенно нет кафе. Я даже в центре Москвы могу найти такие районы, это моя суперспособность. И вот так сошлись звезды, что мы хорошенько промерзли и не могли найти кафе или ресторанчик, чтобы погреться и попить чаю.
Но в итоге вышли к Тверскому бульвару и зашли в первую же дверь, через которую виднелись какие-то столики и люди с напитками.

Заведение зовется Remy Kitchen Bakery

Чертовски бохемное кафе, с золотом в интерьере: золотые столики, золотая дверь в санузел, золотые элементы декора, дороха и бохато.
Из пятнадцати видов чая мы решили выпендриться и взять "необычный", ранее не пробованный. Гречишный. Я еще хотела было задать вопрос, мол, а это чай зеленый, цветочный, черный? Но решила ничего не спрашивать, а расслабиться и довериться ассортименту стильного заведения. Всякую фигню стильное заведение не предложит.
В общем, ожидали, что это изысканный согревающий напиток.

Принесли чайник, и мы давать шутить: мол, а прикинь, щас открываем чайник, а там гречка гггг

Голосом Задорнова: ГОТОВЫ?

Сначала мы молча смотрели в жерло чайника. Молча вдвоем смотрели в дно.
Затем Юля предположила, что это розыгрыш, логично предположив, что это не может быть правдой.
Я попробовала содержимое ложкой, опровергнув вышеизложенное предположение Юли: это была правда, это была гречка. Тупо гречка из пачки Увёлка.
Затем мы попробовали чай. На вкус это была вода из-под гречки, потому что это и была вода из-под гречки.

Гречишный чай, господа. Не херня какая-нибудь, а гречишный, мать его, чай. С гречкой. С православной гречкой.
Официант, которого мы позвали, закатила глаза и сказала, что мы местечковое быдло, а гречишный чай - заваривается из специальных сортов гречки ващета и высшая элита.
Юля спросила - а не подскажете ли, что это за сорт? Официант сказал, что он не имеет понятия.

В общем, господа присяжные заседатели, хозяйке на заметку: перед тем как, не поленитесь задать вопрос, пусть даже на ваш взгляд глупый вопрос - а что это такое? как оно выглядит и как готовится. Это убережет вас вот от такой хуйни.
Такого говна я еще не пробовала.

Это был самый элегантный наёб, который я видела.
350 рублей за горсть гречки и стакан кипятка)

---

2018 год завершается крайне неудачно для американского фондового рынка. За этот период биржи испытали два серьезных падения и продолжают движение вниз, не оставляя места для оптимизма: новая большая волна кризиса уже готова накрыть мировую экономику. Ноябрь 2018 года превращает два предшествующих падения – 10 октября и 8 февраля – в устойчивую закономерность с четкими симптомами.

Текущая неделя началась с падения крупнейших ИТ-корпораций США: Facebook, Amazon, Apple, Netflix и Google Alphabet. Снижение стоимости акций гигантов хайтека продолжается с октября и уже достигло 20% или 1 трлн. долл. В целом за этот же период Nasdaq Composite, отражающий капитализацию технологических компании, сдулся на 9,2%, что является наиболее масштабным падением с ноября 2008 г.

Причиной падения является не очень позитивная финансовая отчетность и еще более удручающие прогнозы на будущее. В частности, акции Apple подешевели из-за сокращения заказов на новые модели iPhone. По этой причине Концерн Foxconn – крупнейший сборщик iPhone – планирует сократить расходы и уволить часть персонала в 2019 году из-за «очень сложного года».

Ранее, на прошлой неделе, рынки также раскачали плохие новости от гигантов «старого» техноуклада. Тревожная ситуация сложилась у автогиганта Ford Motor Company. В следующем году концерн обязан будет выплатить почти 15 млрд. долларов долга в, в то время как его прибыль прогнозируется на уровне $5,3 млрд.

Ровно та же история у корпораций пищевого сегмента. У одной из крупнейших в мире пивоваренных корпораций Anheuser-Busch InBev NV по состоянию на июнь 2018 г. долговая нагрузка в 5,4 раза превышала прибыль до налогообложения. Неподъемная долговая нагрузка образовалась и у компаний Campbell Soup и Dr Pepper.

Однако наибольшие опасения вызывает здоровье одного из старейших и ценнейших активов американской промышленности - корпорации General Electric. Ее отчетность в октябре продемонстрировала убыток в $23 млрд из-за слабого спроса на газовые турбины.

Однако наряду с откровенно печальными результатами бизнеса также имеет место долговая проблема. На сегодняшний день объем задолженности GE вдвое превышает рыночную капитализацию. Причем держателями долга корпорации являются практически все крупнейшие банки США. У компании открыта кредитная линия почти на $20 млрд от шести крупнейших банков Уолл-стрит, в числе которых Morgan Stanley, Goldman Sachs, JPMorgan,Bank of America и т.д. Еще $20 млрд кредитов синдицированы от имени 36 банков поменьше.

И столь шаткое положение одной из крупнейших компаний США, задолжавшей всем крупным банкам, уже заставило экспертов Bloomberg провести параллель с Lehman Brothers.

Источник всех проблем американских компаний – политика ФРС вкупе с торговыми войнами Дональда Трампа. За последние два года ФРС раз шесть увеличивала процентную ставку, и в результате сентябрьского повышения она достигла 2,25% годовых. Повышение ставки ведет к тому, что компаниям становится все труднее обслуживать высокую долговую нагрузку. Инвесторы, предвкушая, что их дивиденды отправятся на погашение долга, - активнее распродают бумаги компаний с подобными проблемами.

Впрочем, корневая причина растущих долгов корпораций и падающих прибылей не в этом.

Сейчас основной удар по американскому бизнесу исходит от торговых войн, развязанных Дональдом Трампом. Корпорации теряют рынки из-за ответных мер, прежде всего Китая и Евросоюза. Автопром США уже пострадал от повышения Пекином ввозных пошлин на автомобили. В частности, падающие прибыли Ford вызваны именно этим. В целом же, причина растущего стресса на рынках – не столько в Трампе, сколько в кризисе нынешней модели глобальной экономики.

А конкретнее в том, что американская гегемония, стоявшая у руля этой модели всю поствоенную эпоху, переживает глубокий кризис. Он выражается в утрате контроля над внешними рынками. Товары, которые производятся в США, – более не нужны в таких количествах. Европа не нуждается в турбинах General Electric, у нее есть свои. Китай теснит Apple собственными брендами, причем как на внутреннем, так и на внешнем рынке. Тоже самое происходит и с автомобильным производством.

Еще до эры Трампа Вашингтон пытался исправить эту ситуацию через создание Транстихоокеанского и Трансатлантического партнерства, но затея потерпела крах. Оттянуть последствия рушащейся гегемонии США удалось благодаря гигантской долларовой эмиссии, которая позволила компаниям получать дешевые кредиты и компенсировать проблему замедляющегося спроса. Однако этот инструмент исчерпал себя, и теперь, когда ставка ФРС неуклонно повышается, растущая стоимость обслуживания долгов грозит обанкротить многие корпорации. Другой глоток свежего воздуха в виде снижения налогов помог разогнать рост экономики до 4,2%. Однако без отвоевания рынков, это ничего не дает, кроме гигантского бюджетного дефицита, который уже достиг рекордной отметки в 800 млрд. долл.

Таким образом, весь арсенал стимулов, которые американская администрация запустила в 2008-2018 годах – уже израсходован, и созданная ими инерция подходит к финалу, за которым наступает пугающая неопределенность.

Не имея никаких реальных возможностей повернуть товарные потоки вспять – чтобы Китай и ЕС покупали у США больше, а не наоборот – Трамп будет вынужден либо пожертвовать фондовым рынком, который из-за тупиковой политики Белого дома стремительно теряет доверие, либо девальвировать доллар, чтобы реанимировать спрос на американские товары. Оба сценария ведут к серьезной перетряске глобальной финансовой и торговой системы, сложившейся за последние 50 лет.